Ульянов день
Дерево смотри в плодах, человека в делах (Даль)
Четвёртый день июля - Ульянов день, и в эту пору зацветает липа, полня всю деревню сладким духом. Щедрое это дерево: всё отдаёт, и мёд, и цвет, и целебный чай, и тень, и узнаётся не по коре, а по сладкому цвету своему да по дарам.
Дерево смотри в плодах, человека в делах (Даль). Как липа познаётся не корою, а цветом своим да плодами, так и человек — не словами красен, а делами. Что проку в речах, коли дел нет; а доброе дело и без слов скажет о человеке.
И святой этого дня узнан был по делам своим. Мученик Иулиан, юноша осьмнадцати лет, явил себя не красным словом, а целым годом твёрдого страдания - благоуханным плодом веры, вскормленной благочестивою матерью. И как цвет, раздавленный, пахнет всего слаще, так и стиснутая жизнь его источала одно Христово благоухание. Будь же и ты таким древом: познаваемым по благоухающему доброму плоду, ибо мы - Христово благоухание Богу.
Ульянов день знаменит появлением благоуханных цветов липы. Цветы её на свету — что невесомая золотистая завеса, и плывёт над полями, лесами и весями сладкий, медвяный дух. Где цветок, там и медок (Даль): липовый цвет всякому сладок — пчеле даёт мёд, человеку и чай, и душистое целебное питьё, и оттого слыла липа деревом щедрым, что отдаёт всё — цвет, и мёд, и тень, и лыко.
А пуще всего спешили в эту пору собрать липовый цвет. Крестьянские ребятишки да хозяйки торопились снять душистый цвет с веток и насыпать в малые берестяные короба — туеса, — а после сушили его впрок. Зимою, наслаждаясь липовым чаем, и вспоминали этот сладкий июльский день, когда цвела липа.
А погоду в этот день примечали по росе да по лилии: коли ночная роса долго не просыхает — быть грозе; а коли поутру лилия на пруду едва поднимается над водою, да и то с запозданием — после обеда жди дождя (Белов).
Из свежесобранного липового цвета заваривали в этот день липовый чай — душистый, золотистый, целебный, сладкий духом, добрый против простуды и жара: и утешение, и лекарство в одной чаше.
Здоровье дороже богатства (Даль), молвит народ; а смиренный липовый чай, что ничего не стоит, а целит немало, и есть такое богатство — здоровье от Божьего дерева. За этот душистый целебный дар и благодарили Подателя.
Оттого и подадим на этот день липовый чай, и постный, и скоромный, по дню.
Постное: липовый цвет заваривают кипятком, дают настояться, цедят и пьют горячим, подсластив мёдом или без него. Чай душистый, золотистый, целебный, для дня постного.
Скоромное: тот же липовый чай пьют с молоком или со сливками. Тот же чай, да побогаче и нежнее, для дня скоромного.
Цветущая липа полнит всю мир сладким духом — не пройдёшь мимо, не вдохнув. Таким призван быть и христианин: благоуханием Христовым, что разливает добрый дух веры на всех окрест. «Мы Христово благоухание Богу» (2 Кор 2:15), говорит апостол Павел — а был он родом из Тарса, из того самого города, где чуть позже возрос и юный мученик Иулиан, земляк и последователь апостола.
И дивно вскормлено было это благоухание — благочестивою матерью. Асклипиодора, овдовев, переселилась в Тарс, крестила сына и вскормила его в вере; а когда повели его на муки, шла за ним из города в город, моля Бога укрепить его, и три дня в темнице учила его не отрекаться , а к венцу уготовляла, — и сама приняла венец, когда отсекли ей ступни, какими шествовала за сыном. От доброго кореня добрая и отрасль (Даль): от благоуханной матери — благоуханный сын.
А ведомо: цвет, раздавленный и стиснутый, пахнет всего сильнее. Так и Иулиан, юноша осьмнадцати лет, целый год терзаемый — огнём и железом, с перемолотыми в пытках ребрами, источал одно Христово благоухание: ни хулы, ни отречения, одну твёрдую веру, крепкую, как адамант. Чем сильнее давили его, тем благодатнее и тверже исходило из него Свидетельство о Высшей Истине. Ввергнутый в пучину морскую, благоуханием своим он и поныне полнит Церковь.
Вот и завет Ульянова дня: будь цветущею липою, благоуханием Христовым. Вскорми его в детях, как Асклипиодора, разлей его на всех окрест — и дома, и в поле, и средь чужих. А когда стиснет тебя жизнь, источай не смрад ропота и хулы, а благоухание Христово — терпеливое, верное, сладкое. Мы Христово благоухание Богу; будем же им везде, и в радости, и под гнётом.
Святый мучениче Иулиане, испроси и нам твоей крепости: да будем благоуханием Христовым на всяком месте, и, стиснутые скорбью, источаем не ропот, а веру и терпение, во славу Божию. Моли Бога о нас. Аминь.
Мученик Иулиан Тарсийский
Благоче́стия непобеди́маго во́ина/ и и́стины согла́сника и ору́жника,/ вси досто́йно восхва́лим Иулиа́на днесь/ и к нему́ возопии́м:/ моли́ Христа́ Бо́га о всех нас.
Мученик Иулиан Тарсийский, юноша осьмнадцати лет, сын сенатора-язычника и матери-христианки, в гонение Диоклитианово целый год водимый по городам и истязаемый, но твёрдый, как адамант, и принявший мученическую кончину в морской пучине. Молятся ему о крепости в вере среди гонений и соблазнов, о твёрдости юных, о стойкости в страдании. Дивен он стойкостью своею: целый год мучили его огнём и железом, истерзали рёбра, а он не отрёкся и не похулил, но источал одно Христово благоухание. Этот подвиг и хранит левое клеймо нашей иконы: юного Иулиана влекут на муку, а мать его идёт следом, укрепляя сына.
А дивна и мать его, Асклипиодора. Овдовев, переселилась она в Тарс, крестила сына и вскормила его в благочестии; а когда повели его на муки, шла за ним из города в город, моля Бога укрепить его, и три дня в темнице не отрекать его учила, а к венцу мученическому уготовляла. И сама пострадала: отсекли ей ступни, какими шла она за сыном, и оба приняли венец. От доброго кореня добрая и отрасль: от благочестивой матери — благочестивый сын.
А в народе этот день слывёт Ульяновым днём, порою цветущей липы. Поздравляем всех Иулианов и Ульянов, Юлианов и Юлиев. Имя Иулиан римское, из древнего рода Юлиев, а в народе обратилось ласково в Ульяна. И дивно: как липа в этот день полнит воздух сладким благоуханием, так юный Иулиан исполнил Церковь благоуханием Христовым. Эту пору и хранит правое клеймо иконы: цветущая липа в золотистом цвету, и над нею — сладкий медвяный дух. житие
Святой мученик Иулиан родился в киликийском городе Аназарве, в Малой Азии. Отец его был сенатор-язычник, а мать, Асклипиодора, исповедовала Христа. По смерти мужа переселилась мать с сыном в город Тарс — тот самый, откуда был родом и апостол Павел, — и там крестила отрока Иулиана и вскормила его в христианском благочестии, обучая вместе с книжным учением и истинам веры.
Когда Иулиану исполнилось восемнадцать лет, воздвиг император Диоклитиан жестокое гонение на христиан. Схвачен был и Иулиан и приведён на суд к правителю Маркиану. Ни истязания, ни угрозы, ни обещания даров и почестей не могли склонить юношу к отречению от Христа и к жертве идолам: твёрд он был, как несокрушимый адамант. Целый год водили мученика по городам Киликийской области, в каждом подвергая допросам и лютым истязаниям — огнём, железом, бичеванием, истерзали ему рёбра, — а после ввергли в темницу.
А мать его, Асклипиодора, шла за сыном из города в город, моля Господа укрепить его в подвиге. Когда же бросили Иулиана в темницу, выпросила она у правителя дозволения три дня посещать сына, будто бы склонить его к отречению, — а сама все три дня и три ночи укрепляла его со слезами, уговаривая претерпеть до конца ради венца нетленного. Когда же открыто исповедала она себя христианкою, отсекли ей ступни ног, какими шла она за сыном, и от тех ран скончалась она мученически.
Самого же Иулиана зашили в мешок, наполненный песком и ядовитыми гадами, и бросили в море. Так около трёхсот пятого года скончал страдалец свой подвиг. Но вода не приняла безвинной жертвы: тело его вынесли волны на берег, и одна благочестивая вдова из Александрии с честью предала его погребению. Впоследствии мощи святого перенесли в Антиохию, где от них совершались исцеления; и святитель Иоанн Златоуст, бывший тогда пресвитером антиохийским, почтил память мученика похвальным словом, назвав Иулиана согражданином апостола Павла. Память его совершается четвёртого июля.
Евангельские чтения
Объяснение притчами Царства Небесного
Сказал Господь притчу сию: Царство Небесное подобно зерну горчичному, которое человек взял и посеял на поле своем, которое, хотя меньше всех семян, но, когда вырастет, бывает больше всех злаков и становится деревом, так что прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его. Иную притчу сказал Он им: Царство Небесное подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки, доколе не вскисло все. Все сие Иисус говорил народу притчами, и без притчи не говорил им, да сбудется реченное через пророка, который говорит: «отверзу в притчах уста Мои, изреку сокровенное от создания мира» (Пс. 77,2). Тогда Иисус, отпустив народ, вошел в дом.