Матрёна Настовица, Матрёна-наставница, Полурепица
Матрёны наставницы, настовицы, полурепницы (Даль)
Ночью опять прихватил мороз, и к утру талый снег покрылся крепкой коркой, настом, по которому можно идти куда угодно, не проваливаясь. Наст блестит под солнцем, хрустит под ногой и звенит, если ударить по нему палкой. Но держит он только до полудня. Потом солнце размягчит его, и снег опять станет рыхлым и мокрым. Над полем, над низинами, где снег уже сошёл и в ложбинах стоит талая вода, по краям схваченная ледком, носятся чибисы, кувыркаются в воздухе и жалобно кричат. Река вздулась, лёд на ней посинел, вспучился горбом посередине и пошёл трещинами, и у берегов он уже отошёл, так что через реку больше не ходят.
Хозяин спускается в погреб с лучиной. Ему за пятьдесят, он коренастый и седой, лицо у него обветренное, тёмное, в крупных морщинах, глаза серые и цепкие, на нём старый полушубок и шапка, которую в погребе он снимает. В углу погреба, в песке, лежит зимний запас репы, и хозяин перебирает его, корень за корнем. Он берёт каждую репу в руку, осматривает со всех сторон, нажимает пальцем на бок, нюхает. Крепкие, ровные, без гнили откладывает в одну корзину, на семена, а прочие в другую, на стол. На семена он отбирает лучшее, хотя лучшее и съесть хочется. «Щи да репа – животу укрепа» (народный месяцеслов), но и через год надо будет чем-то кормить семью.
В Солуни, в доме знатной госпожи, жила рабыня Матрона. Её били за то, что она ходила в церковь, и запирали связанной. Наутро госпожа отворила дверь и увидела, что узы с рабыни спали, а она стоит и молится.
Лучшее отдают земле, а сердце Богу.
Девятое число стоит за мученицей Матроной Солунской, которую народ звал Матрёной Настовицей, Матрёной-наставницей и Полурепицей. Христианка эта жила в рабстве у знатной солунской женщины и приняла от своей госпожи мученическую смерть за веру.
Прозвание Настовица объясняли двояко. Одни выводили его от наста, обледенелой корки на снегу, что намерзает от утренних морозов после больших оттепелей, так что можно ходить «по насту», и звали друг друга так: «Пойдём по настам, иди по наставице». Другие от настовиц, как в Костроме звали пигалиц, чибисов, ибо они прилетают к этому дню. «На Матрёны прилёт пигалиц» (народный месяцеслов). Эта птица держится низин и мокрых лугов, и с её прилётом там открывается вода. «Чибис прилетел, на хвосте воду принёс» (народный месяцеслов), а значит, близко и половодье. По чибису судили и о погоде. Кричит он с вечера, жди ясной погоды, а летит низко, жди долгой сухой.
Ко дню Матрёны реки обычно поднимались и вздувались. «Щука хвостом лёд разбивает» (Даль). Ходить по реке теперь остерегались. «Вешний ледок, что чужой порог, ненадёжен» (народный месяцеслов). Река в это время так и стояла у всех перед глазами, и про неё сложили загадку, в которой само имя святой перенесено на воду: «Гола Матрёна для всех страшна, а лубком покрыта – для всех ходка».
Полурепицей Матрёну звали за то, что на её память отбирали из погребов половину репы на семена. Репа в старину была главным овощем русского стола, наряду с редькой, луком и капустой, и до картофеля её ели и сырую, и варёную, и жареную, клали в тесто для оладий и в крупу для каш. В Олонецкой губернии, расчистив новую подсеку, сеяли на ней прежде всего репу, и она вырастала на золе выжженного леса большой. Такие подсеки так и звались репищами. В Вологодской губернии репой засевали целые поля. Семена берегли, ибо от них зависела вся будущая еда.
Последний наст крестьянки не упускали. Расстилали по чистому насту холсты, сотканные за последнее время, а места для этого, защищённые от ветра площадки на солнечной стороне с крепким настом, облюбовывали загодя и звали настищами. В этот же день хозяйки ставили в церкви свечу перед строгим образом святой Матроны, которая осуждает нерадивых хозяек, и просили её научить их усердию.
Пареная репа была на Руси едой круглый год, а в посты её ели особенно часто, с квасом. Готовить её было просто, надо было залить репу водой и поставить в печь. Но репу не только парили. Из неё варили похлёбку, репницу, и это было кушанье северное и давнее, ибо там, где не родилась пшеница, репа кормила людей наравне с хлебом. «Репой да брюквой люди не хвалятся» (народный месяцеслов). А весной без неё стол был бы пуст.
Репницу варили на воде, с луком и брюквой, если она была, и заправляли перцем и лавровым листом. Горшок ставили в печь, и похлёбка доходила там без спешки, пока хозяйка была занята другим. Весной в неё шла репа из того самого запаса, который в этот день перебирали в погребе. Что отложено на семена, то не трогали, а вялые и мелкие репы, не годные в землю, шли в горшок. Репницу хлебали, пока не остыла, и закусывали ржаным хлебом.
Репница постная
5–6 реп средней величины и небольшую брюкву очистить и нарезать кубиками, луковицу мелко порубить. В горшке вскипятить 1½ литра подсоленной воды, положить лук, репу и брюкву и варить в печи, пока репа не станет мягкой, но не разварится в кашу. Перед самой готовностью положить 4 горошины чёрного перца, 2 лавровых листа и 3–4 зубчика чеснока, мелко порубленного. Если вода сильно выкипит, подлить кипятку, чтобы похлёбка не стала густой. Вынуть из печи и подержать под крышкой, чтобы репа отдала отвару свой сок. Есть, пока горяча, заедая ржаным ломтём и запивая квасом. Выходит на шестерых.
Хозяйку видно не по горнице, куда ведут гостей, а по углам, куда никто не заглядывает. Служить на виду легко, ибо есть кому оценить. Труднее служить, когда никто не смотрит и никто не похвалит, и именно так проверяется, кому человек служит на самом деле.
Не с видимою только услужливостью, как человекоугодники, но как рабы Христовы, исполняя волю Божию от души (Еф. 6:6).
Матрона была рабыней у знатной женщины в Солуни. Она тайно ходила в церковь, а госпожа узнавала и била её. Однажды Павтила связала её и заперла в тёмной каморке, а наутро нашла её развязанной и поющей хвалу Христу. Её снова избили, снова связали, запечатали двери, и четыре дня рабыня просидела без пищи и воды. Когда двери отворили, Матрона опять стояла на молитве, и узы опять лежали на полу.
Никто не видел, как она молилась в запертой каморке. Её не за что было хвалить людям, ибо люди о её молитве не знали. Она служила не на глазах, а от души, и Бог видел.
Служба на глазах кончается, как только хозяин отвернулся. Служба от души продолжается в запертой комнате, в погребе, в тёмный утренний час, когда никто не смотрит. Хозяйка, у которой чисто в углах, куда никто не заглянет, и мужик, который отбирает на семена лучшую репу, хотя и её хочется съесть, служат именно так. Это не мелочь, а школа той верности, которая потом выдерживает и большие испытания.
Сделай нынче дома что-нибудь такое, чего никто не заметит и за что никто не похвалит, для близкого человека, для матери, для мужа или жены. Заметит ли это кто-нибудь, решит Господь, а сделать от души может всякий.
Свята́я му́ченице Матро́но, в ра́бстве ве́рна Христу́ пребы́вшая и в зато́чении моли́тву непреста́нно возсыла́вшая, умоли́ Го́спода, да и мы не челове́ком угожда́ем, но Бо́гу от души́ послу́жим. Моли́ Бо́га о нас.
Му́ченица Матро́на Солу́нская
А́гница Твоя́, Иису́се, Матро́на,/ зове́т ве́лиим гла́сом:/ Тебе́, Женише́ мой, люблю́,/ и Тебе́ и́щущи, страда́льчествую/ и сраспина́юся и спогреба́юся Креще́нию Твоему́/ и стражду́ Тебе́ ра́ди,/ я́ко да ца́рствую в Тебе́ и умира́ю за Тя,/ да и живу́ с Тобо́ю;/ но я́ко же́ртву непоро́чную приими́ мя, с любо́вию поже́ршуюся Тебе́./ Тоя́ моли́твами,// я́ко Ми́лостив, спаси́ ду́ши на́ша.
Мученица Матрона жила в III или в начале IV века в Солуни и была рабыней у жены солунского военачальника. Христианкой она была с детства, и церковь посещала украдкой. Хозяйка добивалась от неё отречения, морила голодом и била, но не могла поколебать.
Святой её сделала верность в неволе. Она была рабыней, у неё не было ни своего дома, ни своей воли, ни своего часа, и всё-таки она находила время, чтобы прийти в церковь, и силу, чтобы не отречься. Её последней молитвой была молитва в запертой каморке, и с этой молитвой она и предала дух Богу. Христиане погребли её тело, а солунский епископ Александр построил над её мощами церковь.
Народ увидел в святой строгую наставницу хозяек. Её образ называли строгим и говорили, что она осуждает нерадивых, а хозяйки ставили перед ним свечу. В этом нет противоречия с её жизнью. Рабыня, которая служила госпоже и при этом не служила её вере, лучше всех знала, что значит служить от души и чем служение отличается от рабства. «Наставница» в её имени созвучно с настом, но и само по себе говорит о том, чему святая учит. Учит она той самой верности в малом, какую требует хозяйство. «Игла служит, пока уши, а люди, пока души» (Даль), и служение Матроны держалось её душой, а не страхом.
Мощи святой были положены в церкви, построенной в её память в Солуни. Поклониться ей можно перед её образом.
Имя Матрона латинское и значит «почтенная госпожа, мать семейства». Нынче именинницы Матрёны. Любопытно, что это имя носила рабыня, и госпожой она стала не по званию, а по своей душе.
Святая Матрона была рабыней одной иудеянки, по имени Павтила, жены солунского воеводы. С юности она была просвещена христианской верой. Госпожа принуждала её к отступничеству и обращению в свою веру, а так как она не повиновалась, сильно мучила её. Святая часто получала от неё многие раны, но с усердием терпела всё ради Христа и тайно от госпожи ходила в церковь.
Однажды Павтила узнала, что Матрона была в христианской церкви, и спросила её, почему она пошла не в синагогу, а в церковь. Блаженная Матрона с дерзновением ответила, что в христианской Церкви присутствует Бог, и потому она ходит туда.
Тогда Павтила пришла в ещё больший гнев, без пощады избила святую Матрону и, связав, заключила её в тёмной каморке. Но наутро святую нашли силою Божией освобождённой от уз и славословящей Христа. И снова госпожа била её жёсткими жилами едва не до смерти, потом связала ещё крепче, снова заключила в той же каморке и запечатала двери, чтобы никто не мог войти к ней и чем-нибудь облегчить её участь.
В таком заключении святая, укрепляемая Богом, пробыла без пищи и питья четыре дня. После этого Павтила сняла печати, отворила двери и нашла Матрону опять освобождённой от уз и стоящей на молитве. Тогда в страшной ярости она стала беспощадно бить Матрону толстыми палками и, когда святая уже едва дышала, снова заперла её там же. Там святая и скончалась, предав дух свой Богу. Тело святой Матроны жестокосердая женщина сбросила вниз, ибо жилище её было высоко.
Христиане подняли многострадальное тело святой мученицы и с честью погребли его. Впоследствии солунский епископ Александр создал церковь во имя святой и положил там её честные мощи. А мучительницу Павтилу вскоре постиг суд Божий. Там же, откуда она сбросила с высокой стены тело святой, она сама потом поскользнулась, упала и разбилась насмерть.
Евангельские чтения
Встреча Иосифа с братьями
И принесли Иосифу братья его дары, которые были на руках их, и поклонились ему до земли. Он спросил их о здоровье и сказал: здоров ли отец ваш старец, о котором вы говорили? жив ли еще он? Они сказали: здоров раб твой, отец наш; еще жив. Он сказал: благословен человек сей от Бога. И преклонились они и поклонились. И поднял глаза свои Иосиф, и увидел Вениамина, брата своего, сына матери своей, и сказал: это брат ваш меньший, о котором вы сказывали мне? И сказал: да будет милость Божия с тобою, сын мой! И поспешно удалился Иосиф, потому что воскипела любовь к брату его, и он готов был заплакать, и вошел он во внутреннюю комнату и плакал там. И умыв лицо своё, вышел, и скрепился. Иосиф не мог более удерживаться при всех стоявших около него и закричал: удалите от меня всех. И не оставалось при Иосифе никого, когда он открылся братьям своим. И громко зарыдал он, и услышали Египтяне, и услышал дом фараонов. И сказал Иосиф братьям своим: я – Иосиф, жив ли еще отец мой? Но братья его не могли отвечать ему, потому что они смутились пред ним. И сказал Иосиф братьям своим: подойдите ко мне. Они подошли. Он сказал: я – Иосиф, брат ваш, которого вы продали в Египет; но теперь не печальтесь и не жалейте о том, что вы продали меня сюда, потому что Бог послал меня перед вами для сохранения вашей жизни; ибо теперь два года голода на земле: остается еще пять лет, в которые ни орать, ни жать не будут; Бог послал меня перед вами, чтобы оставить вас на земле и сохранить вашу жизнь великим избавлением. Итак не вы послали меня сюда, но Бог, Который и поставил меня отцом фараону и господином во всем доме его и владыкою во всей земле Египетской. Идите скорее к отцу моему и скажите ему: так говорит сын твой Иосиф: Бог поставил меня господином над всем Египтом; приди ко мне, не медли; ты будешь жить в земле Гесем; и будешь близ меня, ты, и сыны твои, и сыны сынов твоих, и мелкий и крупный скот твой, и всё твоё; и прокормлю тебя там, ибо голод будет еще пять лет, чтобы не обнищал ты и дом твой и всё твоё. И вот, очи ваши и очи брата моего Вениамина видят, что это мои уста говорят с вами; скажите же отцу моему о всей славе моей в Египте и о всем, что вы видели, и приведите скорее отца моего сюда. И пал он на шею Вениамину, брату своему, и плакал; и Вениамин плакал на шее его. И целовал всех братьев своих и плакал, обнимая их. Потом говорили с ним братья его. Дошел в дом фараона слух, что пришли братья Иосифа; и приятно было фараону и рабам его.