Преподобный Иосиф родился на Сицилии в девятом веке. Когда варвары напали на остров, семья бежала в Пелопоннес, а юноша ушёл в Фессалонику и принял там постриг. Он спал на голой земле, ел кусок хлеба с водой, всю ночь стоял на молитве и был поставлен пресвитером. Вместе с преподобным Григорием Декаполитом он ушёл в Царьград, где ходил по домам и уговаривал людей держаться почитания икон. Кондак называет его неисчерпаемым источником покаяния, подателем нескончаемого утешения и пучиной умиления и просит у него слёз Божественного покаяния.
  Песнописцем, по которому день назван в народе, его сделали песнопения. Православные послали его в Рим просить помощи против иконоборцев, но в море корабль перехватили разбойники, и шесть лет Иосиф просидел в критской темнице. Рождественской ночью, когда в Царьграде убили гонителя, Иосифу явился святитель Николай и вывел его на свободу. Иосиф поставил обитель, посвятив её Мирликийскому чудотворцу, а потом, после сорока дней поста и молитвы, увидел во сне апостола Варфоломея, который благословил его на песнотворчество. С тех пор он писал каноны, больше всего Богородице и святителю Николаю, и каноны эти поются в храмах до сих пор. «Из песни слова не выкинешь» (Даль), и из его песнопений слов не выкидывали.
  При царе Феофиле его снова сослали, в Херсон, а когда вернули, сделали сосудохранителем Великой церкви, и патриархи почитали его как отца. Он обличил сановника Варду за беззаконный брак и снова был изгнан. До глубокой старости он трудился для Церкви, а погребли его с великой честью.
  Сверчок, который просыпается в день Иосифа, есть простая крестьянская притча о песнописце. Маленький и незаметный, он поёт так, что слышит весь дом, и песня его значит, что пора начинать работу.
  О его мощах житие умалчивает, а молятся ему у его образа и поют его каноны.
  Иосиф в переводе с еврейского «Бог прибавит», и нынче именинники Иосифы, а по-народному Осипы.
  Отечеством святого Иосифа была Сицилия. Родители его, Плотин и Агафия, были люди благочестивые, и за их богоугодную жизнь Господь даровал им сына, который украсил Церковь священными песнопениями. Отрок был воспитан в добром книжном научении. Он был кроток, тих, смирен, уклонялся от детских игр, с детства полюбил пост и питался лишь хлебом и водой. Когда на Сицилию напали варвары, родители его бежали в Пелопоннес, а Иосиф, оставив их, удалился в Фессалонику, поступил в монастырь и постригся в иночество. Постелью ему служила земля, покрытая кожей, одеждой ветхое рубище, пищей небольшой кусок хлеба и немного воды. В устах у него всегда было пение, а в руках работа. По настоянию игумена и братии он принял сан пресвитера.
  В монастырь пришёл преподобный Григорий Декаполит, полюбил Иосифа и взял его с собой в Византию для укрепления верных, смущаемых иконоборцами. Там они поселились при церкви святых мучеников Сергия и Вакха и ходили по улицам, площадям и домам, умоляя людей не прельщаться ересью. Потом Григорий послал Иосифа в Рим, к православному папе Льву, чтобы тот помог гонимой Церкви. Но единомышленники царя Льва Армянина подговорили морских разбойников, Иосифа схватили и отвезли на Крит, где заковали в тяжкие оковы и бросили в темницу.
  В темнице он день и ночь утешал своих товарищей по заключению, говоря, что нет ничего сладостнее уз, которыми обременены за любовь ко Христу и святой иконе Его. Был там и один православный епископ, который, не вынося темничных лишений, уже начал склоняться к ереси. Иосиф со слезами умолял его не колебаться, и епископ исполнился такой твёрдости, что принял мученическую кончину за святые иконы.
  Шесть лет провёл Иосиф в темнице. В ночь перед Рождеством Христовым гонителя, царя Льва Армянина, закололи его же воины прямо в церкви. В тот самый час Иосиф, всю ночь певший праздничные песнопения, увидел в ярком сиянии святолепного седого мужа в святительских одеждах, который сказал: «Из Мир Ликийских пришёл я к тебе, посланный Богом. Враг, смутивший Церковь, лишился и царства, и жизни. Ныне должно тебе возвратиться в Константинополь». Святитель дал ему свиток со словами «Ускори, щедрый, и потщися, яко милостив, на помощь нашу» и велел воспеть их. Как только Иосиф воспел, оковы спали с него, двери темницы сами отворились, и невидимая сила перенесла его к Константинополю.
  Григория Декаполита он не застал в живых. Иосиф поселился за городом, построил церковь во имя святителя Николая, перенёс в неё мощи Григория и его ученика Иоанна, устроил монастырь и собрал братию. Получив часть мощей апостола Варфоломея, он создал церковь в его честь и пожелал украсить его праздник песнопениями, но не решался. Сорок дней он молился с постом и слезами, и в навечерие праздника увидел в алтаре апостола в белых ризах, который положил ему на грудь святое Евангелие и сказал: «Да благословит тебя десница всесильного Бога, и да изольются на язык твой воды небесной премудрости, и песнопения твои да усладят вселенную». С того времени Иосиф начал писать церковные песнопения и каноны, почтив многими канонами Пречистую Богоматерь и святителя Николая, и получил наименование Песнописца.
  При царе Феофиле Иосифа за обличение ереси сослали в Херсон. Царица Феодора, восстановившая православие, вернула его, и патриарх Игнатий сделал его сосудохранителем великой Константинопольской церкви. За обличение беззаконного брака царского брата Варды Иосиф снова был изгнан, а вернувшись, был любим и патриархом Фотием, который поручил ему всё церковное управление и велел клиру исповедоваться у него. Обладая прозорливостью, он видел утаённые грехи, но не обличал, а увещевал, пока грешник сам не откроется.
  В глубокой старости, в конце святой Четыредесятницы, Иосиф заболел и получил извещение о скором преставлении. В Великий пяток он отослал патриарху все вверенные ему церковные вещи, помолился, причастился Святых Тайн, благословил всех и, простерши руки ввысь, со светлым лицом отдал душу Богу. Один праведный муж в тот час видел, как лики святых и Сама Пречистая Богородица встречали его душу, а ангелы говорили: «Это Иосиф песнописец, украшение всей Церкви, описавший дела святых, за что ныне от тех же святых принимает почесть и похвалу».

Евангельские чтения

Возлияние мирра. Приготовление Пасхи. Умовение ног. Тайная вечеря. Моление о чаше. Взятие Иисуса под стражу. Суд над Иисусом. Отречение Петра. Иисуса отдают Пилату

Сказал Господь Своим ученикам: вы знаете, что через два дня будет Пасха, и Сын Человеческий предан будет на распятие. Тогда собрались первосвященники и книжники и старейшины народа во двор первосвященника, по имени Каиафы, и положили в совете взять Иисуса хитростью и убить; но говорили: только не в праздник, чтобы не сделалось возмущения в народе. Когда же Иисус был в Вифании, в доме Симона прокаженного, приступила к Нему женщина с алавастровым сосудом мира драгоценного и возливала Ему возлежащему на голову. Увидев это, ученики Его вознегодовали и говорили: к чему такая трата? Ибо можно было бы продать это миро за большую цену и дать нищим. Но Иисус, уразумев это, сказал им: что смущаете женщину? она доброе дело сделала для Меня: ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда имеете; возлив миро это на тело Мое, она приготовила Меня к погребению; истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие это в целом мире, сказано будет в память ее и о том, что она сделала. Тогда один из двенадцати, называемый Иуда Искариот, пошел к первосвященникам и сказал: что вы дадите мне, и я вам предам Его? Они предложили ему тридцать сребреников; и с того времени он искал удобного случая предать Его. В первый же день опресночный приступили ученики к Иисусу и сказали Ему: где велишь нам приготовить Тебе пасху? Он сказал: пойдите в город к такому-то и скажите ему: Учитель говорит: время Мое близко; у тебя совершу пасху с учениками Моими. Ученики сделали, как повелел им Иисус, и приготовили пасху. Когда же настал вечер, Он возлег с двенадцатью учениками. Иисус, зная, что Отец все отдал в руки Его, и что Он от Бога исшел и к Богу отходит, встал с вечери, снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоясался. Потом влил воды в умывальницу и начал умывать ноги ученикам и отирать полотенцем, которым был препоясан. Подходит к Симону Петру, и тот говорит Ему: Господи! Тебе ли умывать мои ноги? Иисус сказал ему в ответ: что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после. Петр говорит Ему: не умоешь ног моих вовек. Иисус отвечал ему: если не умою тебя, не имеешь части со Мною. Симон Петр говорит Ему: Господи! не только ноги мои, но и руки и голову. Иисус говорит ему: омытому нужно только ноги умыть, потому что чист весь; и вы чисты, но не все. Ибо знал Он предателя Своего, потому и сказал: не все вы чисты. Когда же умыл им ноги и надел одежду Свою, то, возлегши опять, сказал им: знаете ли, что Я сделал вам? Вы называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я точно то. Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам. Истинно, истинно говорю вам: раб не больше господина своего, и посланник не больше пославшего его. Если это знаете, блаженны вы, когда исполняете. И когда они ели, сказал: истинно говорю вам, что один из вас предаст Меня. Они весьма опечалились, и начали говорить Ему, каждый из них: не я ли, Господи? Он же сказал в ответ: опустивший со Мною руку в блюдо, этот предаст Меня; впрочем Сын Человеческий идет, как писано о Нем, но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы этому человеку не родиться. При сем и Иуда, предающий Его, сказал: не я ли, Равви? Иисус говорит ему: ты сказал. И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: это есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо это есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов. Сказываю же вам, что отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое вино в Царстве Отца Моего. И, воспев, пошли на гору Елеонскую. Тогда говорит им Иисус: все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь, ибо написано: поражу пастыря, и рассеются овцы стада; по воскресении же Моем предварю вас в Галилее. Петр сказал Ему в ответ: если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь. Иисус сказал ему: истинно говорю тебе, что в эту ночь, прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня. Говорит Ему Петр: хотя бы надлежало мне и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя. Подобное говорили и все ученики. Потом приходит с ними Иисус на место, называемое Гефсимания, и говорит ученикам: посидите тут, пока Я пойду, помолюсь там. И, взяв с Собою Петра и обоих сыновей Зеведеевых, начал скорбеть и тосковать. Тогда говорит им Иисус: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною. И, отойдя немного, пал на лице Свое, молился и говорил: Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты. Явился же Ему Ангел с небес и укреплял Его. И, находясь в борении, прилежнее молился, и был пот Его, как капли крови, падающие на землю. Встав от молитвы, Он пришел к ученикам, и нашел их спящими, и говорит Петру: так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною? бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна. Еще, отойдя в другой раз, молился, говоря: Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя. И, придя, находит их опять спящими, ибо у них глаза отяжелели. И, оставив их, отошел опять и помолился в третий раз, сказав то же слово. Тогда приходит к ученикам Своим и говорит им: вы всё еще спите и почиваете? вот, приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников; встаньте, пойдем: вот, приблизился предающий Меня. И, когда еще говорил Он, вот Иуда, один из двенадцати, пришел, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных. Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его. И, тотчас подойдя к Иисусу, сказал: радуйся, Равви! И поцеловал Его. Иисус же сказал ему: друг, для чего ты пришел? Тогда подошли и возложили руки на Иисуса, и взяли Его. И вот, один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященникова, отсек ему ухо. Тогда говорит ему Иисус: возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут; или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов? как же сбудутся Писания, что так должно быть? В тот час сказал Иисус народу: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями взять Меня; каждый день с вами сидел Я, уча в храме, и вы не брали Меня. Это же всё было, да сбудутся писания пророков. Тогда все ученики, оставив Его, бежали. А взявшие Иисуса отвели Его к Каиафе первосвященнику, куда собрались книжники и старейшины. Петр же следовал за Ним издали, до двора первосвященникова; и, войдя внутрь, сел со служителями, чтобы видеть конец. Первосвященники и старейшины и весь синедрион искали лжесвидетельства против Иисуса, чтобы предать Его смерти, и не находили; и, хотя много лжесвидетелей приходило, не нашли. Но наконец пришли два лжесвидетеля и сказали: Он говорил: могу разрушить храм Божий и в три дня создать его. И, встав, первосвященник сказал Ему: что же ничего не отвечаешь? что они против Тебя свидетельствуют? Иисус молчал. И первосвященник сказал Ему: заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий? Иисус говорит ему: ты сказал; даже сказываю вам: отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных. Тогда первосвященник разодрал одежды свои и сказал: Он богохульствует! на что еще нам свидетелей? вот, теперь вы слышали богохульство Его! как вам кажется? Они же сказали в ответ: повинен смерти. Тогда плевали Ему в лице и заушали Его; другие же ударяли Его по ланитам и говорили: прореки нам, Христос, кто ударил Тебя? Петр же сидел вне на дворе. И подошла к нему одна служанка и сказала: и ты был с Иисусом Галилеянином. Но он отрекся перед всеми, сказав: не знаю, что ты говоришь. Когда же он выходил за ворота, увидела его другая, и говорит бывшим там: и этот был с Иисусом Назореем. И он опять отрекся с клятвою, что не знает Сего Человека. Немного спустя подошли стоявшие там и сказали Петру: точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя. Тогда он начал клясться и божиться, что не знает Сего Человека. И вдруг запел петух. И вспомнил Петр слово, сказанное ему Иисусом: прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня. И выйдя вон, плакал горько. Когда же настало утро, все первосвященники и старейшины народа имели совещание об Иисусе, чтобы предать Его смерти; и, связав Его, отвели и предали Его Понтию Пилату, правителю.