Рождество Пресвятой Богородицы, Малая Пречистая, Оспожинки
Делателю подобает вкусить от плода. (В. И. Даль)
Восьмое утро вересеня встаёт раньше хозяек, потому что хлеб к нему уже испечён. Женщины поднялись до света, вымели под, посадили круглые овсяные хлебы, а на рассвете вышли к берегу реки или пруда встречать осень. Небо холодное и розовое, вода парит, и над нею стоит белый дымок, а по деревне тянет свежим печёным.
Всё в этом утре делается сообща и по чину. Старшая стоит с хлебом в руках, молодые поют вокруг неё, и старшинство тут не по годам, а по дому, ибо с хлебом выходит та, у кого двор полон и есть кому его держать. Хлеб она не режет и не делит на равные доли ножом, а разламывает по числу пришедших, и всякой достаётся кусок, какой отломится. Себе не оставляют ничего, и домой несут всё до крошки. На авось мужик и хлеб сеет (Даль), а этот хлеб пекли не на авось, а по обету, и потому и обходились с ним не как со снедью, а как с обещанным.
Празднуется нынче Рождество Пресвятой Богородицы, и в народе зовут его Малой Пречистой, в отличие от Большой, каковою считали Успение. Зовут его и по-другому, и во всяком из этих имён слышится старое слово «госпожа».
Праздник же нынешний о долгом ожидании. Счастье скоро покидает, а добрая надежда никогда (Даль), и этим двоим надежды хватило на всю жизнь. Иоаким и Анна прожили в браке пятьдесят лет бездетными и терпели укор при людях, и дитя, о котором нынешний день, родилось у них тогда, когда ждать было уже нечего.
Дорог хлеб, коли денег нет (Даль), а нынешний хлеб дорог и при деньгах. Двух Пречистых в народном году две, и различали их по величине. Большая Пречистая это Успение, двадцать восьмого августа, а Малая нынешняя, Рождество Богородицы. Само же Рождество звали ещё Оспожинками и Аспосовым днём, и оба эти имени пошли от старого обращения к Богородице, Госпожа, через церковное Госпожин день.
Богородицу на Руси чтили особо, и чтили не отвлечённо. Образ Её был народу понятнее и ближе всех прочих, потому что, вознесённая в мир божественный, Она осталась связанной с обычными людьми, по-матерински за них переживающей и за них заступающейся. Отсюда и множество имён, какими Её звали, Пресвятая, Пречистая, Владычица, Заступница, Скорая помощница. К Ней обращались во всякой нужде, и обращение это записано слово в слово, «Богородица пречистая, избави от маеты, надсады от души отведи, моё житьё-бытьё освети!» Это молитва, а не что иное, потому что в ней есть обращение по имени и есть прошение, и ничего кроме. Считалась Богородица и заступницей детей, и на этом свете, и на том.
Хлеб с водою, да не пирог с лихвою (Даль), а нынешний хлеб был и с водою, и без лихвы, ибо шёл не себе. Главным же мирским содержанием дня был урожай. Оспожинки праздновали как завершение полевых и огородных работ, с обязательным хождением в гости и с широким хлебосольством, и растягивались они порой на неделю, а мерою этой недели была щедрость лета. К дню Рождества Богородицы приурочивали и всё, что делается на границе тепла и холода, и пересаживали плодовые деревья и ягодные кусты, потому что дерево, переставленное осенью, до морозов успевает прижиться корнем, а весной сразу идёт в рост. Убирали пчёл с пасек в зимовник, а кое-где начинали копать картошку. Работы эти считались в этот день особенно удачными, и объяснять тут нечего, ведь удачны они и по сроку.
Вторая встреча осени справлялась у воды. Женщины выходили на берег рано утром, до солнца, старшая держала в руках круглый овсяный хлеб, а молодые становились вокруг и пели. Потом хлеб разламывали на куски по числу присутствующих и скармливали скоту, до последней крошки. Первая встреча была четырнадцатого числа, на Семёна, третья придётся на Федорины вечерки, двадцать четвёртого, и так осень входила в дом не разом, а тремя приступами.
С осенин начинались и посиделки, зимняя вечерняя работа сообща. Девушки сходились с пряжей в одну избу, к ним приходили парни с гармоникой и с гостинцами, и то, что осенью начиналось работой при огне, к зиме оборачивалось сватовством. Обычай угощения молодыми своей родни тоже начинался нынче, но полностью он приходится на завтрашний Поднесеньев день, и там о нём сказано будет подробно.
Хлеб в крестьянском доме был не блюдом, а основанием, на котором всё остальное только держалось. Пять раз за год он выходил у нас на середину стола, и все пять раз это была рожь или пшеница, а именно ржаной подовый двадцать третьего июля, колобки из новой муки второго августа, медовая коврижка четырнадцатого, квасной каравай двадцать девятого и белый пшеничный калач десятого сентября. Нынешний хлеб шестой и первый овсяный, и это не прихоть, а свойство обычая, потому что осенины встречали именно с овсяным.
Не всё то мука, что бело (Даль), и не всякая мука хлебна. Овёс в хлеб идёт трудно. Клейковины в нём почти нет, тесто не тянется и не держит пузырей, и потому чистый овсяный хлеб не поднимается высоко, а выходит плотным, тяжёлым и сладковатым, и хранится он хуже ржаного. Зато у этой плотности есть одно свойство, из-за которого, надо думать, обычай его и выбрал, ибо такой хлеб не режут, а ломают, и ломается он ровно, по-честному, на куски примерно одной величины. А чин осенин ровно этого и требует, разломить по числу пришедших. Похлёбкин, разбирая старую нашу выпечку, ставит овсяное тесто особняком от ржаного и пшеничного именно по этой причине. Оттого и пекут его не высокой ковригой, а низким круглым подовым хлебом в ладонь толщиной.
По-постному. Хлеб овсяный осенинный
Овсяной муки взять три части, а ржаной или пшеничной одну, потому что чистое овсяное тесто не свяжется вовсе и хлеб рассыплется под ножом. Муку смешать сухой. Развести тёплой водой в квашне, положив закваски от прошлой опары или пол-ложки жидких дрожжей, посолить и вымесить недолго, ибо долгого вымешивания овсяное тесто не любит и от него делается клеклым. Тесто выйдет мягче ржаного и будет липнуть к рукам, и это правильно, муки добавлять не надо, а руки смачивать водой. Оставить в тепле под холстиной часа на три, пока не поднимется вдвое, а выше оно и не пойдёт.
Печь топить заранее и дать ей отойти. Жар пробуют по-старинному, бросая на под щепоть муки, и если она мгновенно чернеет, печь горяча и надо ждать, а если желтеет неспешно, счёт до десяти, пора сажать. Под перед посадкой обязательно вымести помелом дочиста, чтобы на хлебе не осталось золы. Тесто выложить на присыпанную мукой лопату, огладить мокрой ладонью в круглую лепёшку в ладонь толщиной и в две ладони поперёк, наколоть верх вилкой и посадить на под резким коротким движением. Печь около часа. Готовность узнают, постучав по нижней корке согнутым пальцем, и звук должен быть гулкий и пустой. Вынув, сбрызнуть водой, накрыть холстиной и дать вылежаться не меньше часа, а лучше до остывания, потому что горячий овсяный хлеб внутри ещё сырой и на язык клеклый.
По-скоромному. Тот же хлеб на молоке и с маслом
К празднику овсяный хлеб ставили побогаче. Вместо воды берут тёплое молоко или сыворотку, кладут ложку топлёного масла и ложку мёду на каравай. Тесто от молока делается послушнее, поднимается чуть выше и на другой день не так скоро черствеет, а корка выходит мягкой и румяной. Пекут так же, только время убавляют на четверть часа, ибо сдобное тесто печётся скорее и легко подгорает снизу. Такой хлеб уже не разламывают на скотину, его подают гостям, режут широкими ломтями и едят с мёдом или с творогом.
Круглый овсяный хлеб испечён к рассвету, вынесен на берег и разломан. Куски разошлись по рукам, и каждый отнёс свой кусок скотине. Дорого яичко к велику дню, а этот хлеб дорог к самому обыкновенному утру. Хозяйка, которая с вечера ставила квашню, вставала до света и мела под, домой вернулась с пустыми руками. И ни у кого не было чувства, что что-то пропало, потому что урожай, из которого испечён этот хлеб, вырос не для того, чтобы его съели те, кто его вырастил, а чтобы он шёл дальше.
«Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод, и чтобы плод ваш пребывал» (Ин. 15:16).
Иоаким и Анна ждали ребёнка не год и не десять. Они состарились в этом ожидании, и бездетность в их время была не бедой, а укором, и укор этот они носили при всех и всю жизнь. И когда наконец пришёл архангел, он принёс не только весть, но и имя, готовое, с неба, так что имя у Дочери было прежде, чем Она была зачата. Заметьте тут скрыто. Ребёнка, которого ещё нет, уже назвали, а значит, он уже принадлежал не им. И родители это знали заранее, потому что сами обещали отдать его в храм, и через три года обещание исполнили и отвели Дочь, единственную и позднюю, в чужой дом на служение.
Мы просим у Бога плода и почти всегда просим для себя. Здоровья, чтобы жить, дела, чтобы кормиться, детей, чтобы не быть одинокими под старость. И когда просимое приходит, мы держим его крепко, потому что слишком долго ждали. Но плод потому и зовётся плодом, что он не для дерева. Дерево его вынашивает, а съедают его другие, и в этом нет обиды, это устройство. И если у тебя есть то, чего ты ждал годами, и ты боишься это выпустить из рук, то посмотри на этих двоих. Они не выпустили из рук случайно и не потеряли. Они отдали, потому что для того и просили.
Вот и плод Рождества Богородицы. Он не прибавка к хозяйству и не награда за терпение, а то, что через тебя пойдёт дальше. Держи его бережно, пока он твой, и не держи, когда придёт срок отдавать.
Влады́чице, в Рождестве́ Твое́м вся тварь возра́довася, научи́ нас проси́мое принима́ть с благодаре́нием, а отдава́ть без ро́пота. Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Рождество́ Пресвято́й Влады́чицы на́шей Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и
Рождество́ Твое́, Богоро́дице Де́во, ра́дость возвести́ всей вселе́нней: из Тебе́ бо возсия́ Со́лнце Пра́вды, Христо́с Бог наш, и разруши́в кля́тву, даде́ благослове́ние, и упраздни́в смерть, дарова́ нам живо́т ве́чный. Кондак: Иоаки́м и А́нна поноше́ния безча́дства, и Ада́м и Е́ва от тли сме́ртныя свободи́стася, Пречи́стая, во святе́м рождестве́ Твое́м. То пра́зднуют и лю́дие Твои́, вины́ прегреше́ний изба́вльшеся, внегда́ зва́ти ти: непло́ды ражда́ет Богоро́дицу, и пита́тельницу жи́зни на́шея.
Молятся Богородице в этот день о даровании детей и о согласии в дому, а праведным Иоакиму и Анне о том же, о чём просят всякий раз, когда человеческий срок вышел, а надежда ещё нужна. Празднуется нынче рождение Девы Марии, дочери праведных Иоакима и Анны, и это первый из двунадесятых праздников церковного года, который начинается сентябрём. Отец Её, Иоаким, происходил от Давидова сына Нафана, то есть из рода царского, а мать, Анна, была дочерью священника Матфана из племени Ааронова, то есть из рода архиерейского. Оба состарились бездетными и оба дожили до обещанного.
Над крестьянским годом праздник этот стоит ровно там, где кончается страда и начинаются осенины, и народ соединил одно с другим без всякого усилия, назвав день Оспожинками. Сказание, которое читается ниже, устроено не как повесть, а как размышление, и держится оно на одном сравнении. Соломон построил Богу храм из ливанского кедра и кипариса, из отборного камня и чистого золота, и был тот храм так велик, что вмещал без тесноты весь народ израильский, и всё же он оказался недостаточен, ибо Вышний не в рукотворенных храмах живёт. Тогда Бог благоизволил, чтобы для новозаветной благодати был создан храм нерукотворенный, и им стала Пречистая Дева. Народ о невозможном говорит коротко, «Ни от каменя плода, ни от вора добра», а здесь вышло ровно наоборот, ибо от неплодного корня вырос сад живоносный.
Слово Самой Богородицы Евангелие сохранило, и сказано оно было в ответ на приветствие Елисаветы, той самой, чью память чтили тремя днями раньше: «отныне будут ублажать Меня все роды» (Лк. 1:48). Сказано это девицей из бедного дома, у которой не было ни имени в свете, ни имения, и сказано было наперёд, за всю историю вперёд, и сбылось до последнего слова.
Поклониться празднику в России есть где, и мест таких много, потому что Рождеству Богородицы у нас посвящали и соборы, и целые обители. Древнейший из уцелевших это Рождественский собор в Суздале, стоящий с тринадцатого века и входящий ныне в кремль музея-заповедника, а в Москве с тысяча триста восемьдесят шестого года стоит Богородице-Рождественский монастырь на Рождественке, основанный, по преданию, матерью героя Куликовской битвы князя Владимира Андреевича Серпуховского, и обитель эта действует доныне.
Сказа́ние о Рождестве́ Пресвято́й Богоро́дицы
Премудрый Соломон создал Господу храм чрез искуснейшего строителя Хирама, который был исполнен художества, разума и знания на всякое дело. Создал же Соломон храм из драгоценнейших веществ, из превосходного камня, из благовонных деревьев, кедра и кипариса, привозимых с Ливана, и из чистого золота, на возвышеннейшем месте, на горе Мориа. Храм был тем прекраснее, что на стенах его были изваяны изображения херувимов, различных деревьев и плодов. Пространством же он был столь велик, что в нём могло вместиться без тесноты всё множество людей израильских, и снизошла на него слава Господня во огне и облаке.
Однако храм этот был недостаточен для вмещения в себе Невместимого Бога. Соломон создал Ему храм, но Вышний не в рукотворенных храмах живёт. «Какой дом созиждете Мне, говорит Господь, или какое место для покоя Моего?» И вот Бог благоизволил, чтобы в начале новозаветной благодати был создан нерукотворенный храм, Пречистая, Преблагословенная Дева Мария.
Каким же строителем создан был храм тот? Воистину премудрейшим, самою Премудростью Божиею, как говорит Писание, «Премудрость построила себе дом». А всё сотворённое Премудростью Божиею прекрасно и совершенно.
И как Соломонов храм создан был из веществ драгоценнейших, так и одушевлённая палата Царя славы. Пречистая Дева произошла, как от драгоценного камня, из царского рода, от Давида, который вложенным в пращу камнем, прообразовавшим камень Христа, поразил Голиафа. И, как из благовонных деревьев кедра и кипариса, родилась Она из рода архиерейского, приносящего благовонные жертвы Богу. Отец Её, святой праведный Иоаким, был сыном Варпафира, ведущего своё происхождение от Давидова сына Нафана, а мать, святая праведная Анна, была дочерью священника Матфана из племени Ааронова. Таким образом, Пречистая Дева по отцу была рода царского, а по матери рода архиерейского.
И как в Соломоновом храме каменные и деревянные здания приобретали особенную ценность от чистого золота, которым были позолочены, так и в Ней всё украсилось золотом добродетелей и дарований Божиих. Она высока, ибо дарована с неба, хотя и родилась на земле от земнородных. С неба, ибо, как говорят некоторые из богопросвещённых мужей, архангел Гавриил, благовестивший Захарии о рождении Иоанновом, благовестил Иоакиму и Анне о зачатии Пресвятой Богородицы и принёс с неба Ей преблагословенное имя, говоря неплодной матери:
--- Анна, Анна! Родишь ты Дочь преблагословенную, и наречётся имя Ей: Мария.
Потому и может Она без сомнения быть названа градом святым, Иерусалимом новым, сходящим с неба от Бога, и скиниею Божиею.
Имеет Она в Себе и подобия деревьев благоплодовитых, духовно соделавшись маслиною плодовитою в дому Божием и цветущим фиником, почему и именуется садом живоносным, когда Церковь воспевает, «от неплоднаго корене сад живоносен израсти нам, Матерь Свою, иже чудес Бог».
И на пречистых руках Её Бог воссел, как на престоле, и Дева стала престолом херувимским. Не была Она лишена и красоты телесной, как о том свидетельствуют многие учители церковные, говоря, что во всей подсолнечной не было и не будет такой прекрасной девы, какова была Дева Богородица.
Так родился в мир нерукотворенный храм, и радость о том была возвещена всей вселенной, ибо из Него воссияло Солнце Правды, Христос Бог наш, и, разрушив клятву, дал благословение, и, упразднив смерть, даровал нам живот вечный.
По святителю Димитрию Ростовскому
Евангельские чтения
Дева Мария в доме Елисаветы (ЛК.54)
В те дни пришел Иисус в одно селение; здесь женщина, именем Марфа, приняла Его в дом свой; у неё была сестра, именем Мария, которая села у ног Иисуса и слушала слово Его. Марфа же заботилась о большом угощении и, подойдя, сказала: Господи! или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? скажи ей, чтобы помогла мне. Иисус же сказал ей в ответ: Марфа! Марфа! ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно; Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у неё. Когда же Он говорил это, одна женщина, возвысив голос из народа, сказала Ему: блаженно чрево, носившее Тебя, и сосцы, Тебя питавшие! А Он сказал: блаженны слышащие слово Божие и соблюдающие его.