Три родные сестры, о которых нынче память, жили близ Аквилеи на севере Италии в конце III века. Рано осиротев, они решили не выходить замуж и вели благочестивую жизнь подле старца-священника Зоила. Когда при Диоклитиане погиб их наставник в вере, мученик Хрисогон, старец Зоил тайно похоронил его, и мученик явился ему во сне, предсказав, что через девять дней три девы будут взяты на мучения. Святая Анастасия Узорешительница, служившая узникам, пришла к сёстрам и ночь провела с ними в беседе, укрепляя их.
  Сестёр привели к Диоклитиану. Он сначала уговаривал их, обещая в мужья знатных юношей из своей свиты. Агапия ответила, что царю надлежит заботиться о народе, а не хулить Живого Бога. Хиония сказала, что сестра её не безумна, а рассуждает здраво. Ирина, младшая, посмеялась над идолами, которых покупают у мастера за плату, а потом называют богами.
  В Македонии сестёр отдали судье Сисинию. Агапию и Хионию он велел сжечь живыми, но пламя не опалило даже их одежд, и было ясно, что умерли они не от огня, а отошли ко Господу по своей молитве. Ирину хотели отдать на поругание, но в пути два светлых воина, Ангелы Божии, вывели её за город на гору, к которой судья не мог подъехать, будто холм огорожен стеной. Стрела, пущенная воином снизу, оборвала её жизнь, и Ирина отошла ко Господу чистой. Узорешительница похоронила сестёр в одной могиле. «Мелка река, да круты берега» (Даль), и юные девушки оказались крепче царской силы.
  Берега, которые рвёт вода, и холм, на котором стояла Ирина, сводят вместе имя дня и житие. Вода подмывает берега, но холм, на котором стояла Ирина, никто не смог взять.
  Именинницы нынче Ирины, Арины и Агапии.
  Когда император Диоклитиан находился в итальянском городе Аквилее, ему донесли из Рима, что все темницы переполнены христианами, которые не отрекаются от Христа и слушают учителя своего Хрисогона. Царь повелел предать смерти всех христиан, а Хрисогона привести к себе. Святой Хрисогон после жестоких мук был обезглавлен вне города, и тело его было брошено на морском берегу. Недалеко оттуда жил благочестивый старец, священник Зоил, а близ него три девы, сёстры по телу и по духу, Агапия, Хиония и Ирина. Священник, узнав по откровению Божию, где лежит тело мученика, тайно взял его и скрыл в своём доме. На тридцатый день ему явился святой Хрисогон и сказал: «Знай, что до истечения девяти дней живущие недалеко от тебя три девы Христовы будут взяты на мучение. Скажи рабе Господней Анастасии, чтобы она позаботилась о них».
  Святая Анастасия пришла к девам, пробыла у них ночь в беседе, исполненной любви, и возбуждала их мужественно, до крови, постоять за Жениха своего Христа. Всё произошло, как было предсказано. Пресвитер Зоил преставился, а три девы были схвачены и приведены к императору. Диоклитиан сказал им: «Я вижу, что вы знатного рода, молоды и прекрасны, и, жалея вас, советую пощадить себя. Отрекитесь от Христа, и я дам вам из своей свиты трёх юношей знатного рода». Старшая, Агапия, ответила: «Царь, тебе надлежит заботиться о народе и о войсках, а ты хулишь Живого Бога, благость Которого долготерпит о тебе». Хиония сказала: «Сестра моя не безумна, а рассуждает здраво». Младшая, Ирина, сказала: «Что может быть безумнее, как поклоняться изделию художника, сделанному за плату? Ты сначала торгуешься с мастером, какого сделать идола, сидящего или стоящего, а потом этому купленному кланяешься и называешь богом». Царь повелел бросить их в темницу.
  Потом царь отправился в Македонию и повёл туда узников, и сёстры были отданы правителю Дулкицию. Тот воспылал к ним нечистым желанием и ночью хотел войти к ним, но, коснувшись порога, обезумел и, вместо того, обнимал на кухне закопчённые котлы и сковороды и вышел к своим чёрный от сажи. Царь, узнав об этом, отдал дев судье Сисинию. Тот спросил их, есть ли у них христианские книги. Девы ответили: «Есть книги, но они сокрыты в нашем уме, откуда их невозможно взять врагам Христовым». Тогда судья повелел Агапию и Хионию сжечь живыми. Брошенные в огонь, святые девы молились и с молитвой предали души свои Господу, а пламя не повредило ни их тел, ни даже одежд.
  На другой день привели святую Ирину. Судья пригрозил отдать её на поругание, но она ответила, что тело её будет страдать от насилия, как от укуса зверя, но душа не осквернится, ибо грех, совершаемый поневоле, не вменяется пред Богом. Когда же воины повели её, их догнали два величественных и светлых лицом воина и сказали, что судья велел отвести деву на высокий холм. Поставив её там, они стали невидимы, ибо это были Ангелы Божии. Судья, разгневавшись, поехал к холму, но не мог на него взойти, ибо холм был как бы огорожен высокой стеной. Тогда один из воинов пустил в святую стрелу. Святая же сказала: «Вот я, чистая и неосквернённая, отхожу ко Господу моему Иисусу Христу», и предала душу Богу. Ночью святая Анастасия взяла её тело, помазала ароматами и положила вместе с телами сестёр.

Евангельские чтения

Возлияние мирра. Приготовление Пасхи. Умовение ног. Тайная вечеря. Моление о чаше. Взятие Иисуса под стражу. Суд над Иисусом. Отречение Петра. Иисуса отдают Пилату

Сказал Господь Своим ученикам: вы знаете, что через два дня будет Пасха, и Сын Человеческий предан будет на распятие. Тогда собрались первосвященники и книжники и старейшины народа во двор первосвященника, по имени Каиафы, и положили в совете взять Иисуса хитростью и убить; но говорили: только не в праздник, чтобы не сделалось возмущения в народе. Когда же Иисус был в Вифании, в доме Симона прокаженного, приступила к Нему женщина с алавастровым сосудом мира драгоценного и возливала Ему возлежащему на голову. Увидев это, ученики Его вознегодовали и говорили: к чему такая трата? Ибо можно было бы продать это миро за большую цену и дать нищим. Но Иисус, уразумев это, сказал им: что смущаете женщину? она доброе дело сделала для Меня: ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда имеете; возлив миро это на тело Мое, она приготовила Меня к погребению; истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие это в целом мире, сказано будет в память ее и о том, что она сделала. Тогда один из двенадцати, называемый Иуда Искариот, пошел к первосвященникам и сказал: что вы дадите мне, и я вам предам Его? Они предложили ему тридцать сребреников; и с того времени он искал удобного случая предать Его. В первый же день опресночный приступили ученики к Иисусу и сказали Ему: где велишь нам приготовить Тебе пасху? Он сказал: пойдите в город к такому-то и скажите ему: Учитель говорит: время Мое близко; у тебя совершу пасху с учениками Моими. Ученики сделали, как повелел им Иисус, и приготовили пасху. Когда же настал вечер, Он возлег с двенадцатью учениками. Иисус, зная, что Отец все отдал в руки Его, и что Он от Бога исшел и к Богу отходит, встал с вечери, снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоясался. Потом влил воды в умывальницу и начал умывать ноги ученикам и отирать полотенцем, которым был препоясан. Подходит к Симону Петру, и тот говорит Ему: Господи! Тебе ли умывать мои ноги? Иисус сказал ему в ответ: что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после. Петр говорит Ему: не умоешь ног моих вовек. Иисус отвечал ему: если не умою тебя, не имеешь части со Мною. Симон Петр говорит Ему: Господи! не только ноги мои, но и руки и голову. Иисус говорит ему: омытому нужно только ноги умыть, потому что чист весь; и вы чисты, но не все. Ибо знал Он предателя Своего, потому и сказал: не все вы чисты. Когда же умыл им ноги и надел одежду Свою, то, возлегши опять, сказал им: знаете ли, что Я сделал вам? Вы называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я точно то. Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам. Истинно, истинно говорю вам: раб не больше господина своего, и посланник не больше пославшего его. Если это знаете, блаженны вы, когда исполняете. И когда они ели, сказал: истинно говорю вам, что один из вас предаст Меня. Они весьма опечалились, и начали говорить Ему, каждый из них: не я ли, Господи? Он же сказал в ответ: опустивший со Мною руку в блюдо, этот предаст Меня; впрочем Сын Человеческий идет, как писано о Нем, но горе тому человеку, которым Сын Человеческий предается: лучше было бы этому человеку не родиться. При сем и Иуда, предающий Его, сказал: не я ли, Равви? Иисус говорит ему: ты сказал. И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: это есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо это есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов. Сказываю же вам, что отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое вино в Царстве Отца Моего. И, воспев, пошли на гору Елеонскую. Тогда говорит им Иисус: все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь, ибо написано: поражу пастыря, и рассеются овцы стада; по воскресении же Моем предварю вас в Галилее. Петр сказал Ему в ответ: если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь. Иисус сказал ему: истинно говорю тебе, что в эту ночь, прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня. Говорит Ему Петр: хотя бы надлежало мне и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя. Подобное говорили и все ученики. Потом приходит с ними Иисус на место, называемое Гефсимания, и говорит ученикам: посидите тут, пока Я пойду, помолюсь там. И, взяв с Собою Петра и обоих сыновей Зеведеевых, начал скорбеть и тосковать. Тогда говорит им Иисус: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною. И, отойдя немного, пал на лице Свое, молился и говорил: Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты. Явился же Ему Ангел с небес и укреплял Его. И, находясь в борении, прилежнее молился, и был пот Его, как капли крови, падающие на землю. Встав от молитвы, Он пришел к ученикам, и нашел их спящими, и говорит Петру: так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною? бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна. Еще, отойдя в другой раз, молился, говоря: Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя. И, придя, находит их опять спящими, ибо у них глаза отяжелели. И, оставив их, отошел опять и помолился в третий раз, сказав то же слово. Тогда приходит к ученикам Своим и говорит им: вы всё еще спите и почиваете? вот, приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников; встаньте, пойдем: вот, приблизился предающий Меня. И, когда еще говорил Он, вот Иуда, один из двенадцати, пришел, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных. Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его. И, тотчас подойдя к Иисусу, сказал: радуйся, Равви! И поцеловал Его. Иисус же сказал ему: друг, для чего ты пришел? Тогда подошли и возложили руки на Иисуса, и взяли Его. И вот, один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященникова, отсек ему ухо. Тогда говорит ему Иисус: возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут; или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов? как же сбудутся Писания, что так должно быть? В тот час сказал Иисус народу: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями взять Меня; каждый день с вами сидел Я, уча в храме, и вы не брали Меня. Это же всё было, да сбудутся писания пророков. Тогда все ученики, оставив Его, бежали. А взявшие Иисуса отвели Его к Каиафе первосвященнику, куда собрались книжники и старейшины. Петр же следовал за Ним издали, до двора первосвященникова; и, войдя внутрь, сел со служителями, чтобы видеть конец. Первосвященники и старейшины и весь синедрион искали лжесвидетельства против Иисуса, чтобы предать Его смерти, и не находили; и, хотя много лжесвидетелей приходило, не нашли. Но наконец пришли два лжесвидетеля и сказали: Он говорил: могу разрушить храм Божий и в три дня создать его. И, встав, первосвященник сказал Ему: что же ничего не отвечаешь? что они против Тебя свидетельствуют? Иисус молчал. И первосвященник сказал Ему: заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам, Ты ли Христос, Сын Божий? Иисус говорит ему: ты сказал; даже сказываю вам: отныне узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных. Тогда первосвященник разодрал одежды свои и сказал: Он богохульствует! на что еще нам свидетелей? вот, теперь вы слышали богохульство Его! как вам кажется? Они же сказали в ответ: повинен смерти. Тогда плевали Ему в лице и заушали Его; другие же ударяли Его по ланитам и говорили: прореки нам, Христос, кто ударил Тебя? Петр же сидел вне на дворе. И подошла к нему одна служанка и сказала: и ты был с Иисусом Галилеянином. Но он отрекся перед всеми, сказав: не знаю, что ты говоришь. Когда же он выходил за ворота, увидела его другая, и говорит бывшим там: и этот был с Иисусом Назореем. И он опять отрекся с клятвою, что не знает Сего Человека. Немного спустя подошли стоявшие там и сказали Петру: точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя. Тогда он начал клясться и божиться, что не знает Сего Человека. И вдруг запел петух. И вспомнил Петр слово, сказанное ему Иисусом: прежде нежели пропоет петух, трижды отречешься от Меня. И выйдя вон, плакал горько. Когда же настало утро, все первосвященники и старейшины народа имели совещание об Иисусе, чтобы предать Его смерти; и, связав Его, отвели и предали Его Понтию Пилату, правителю.