Фекла Свекольница, Андрей Тепляк, Донская
На Стратилата ветер-тепляк в паутину одет, ушедшему лету кланяется вслед (народный месяцеслов)
Год у пахаря кончался не в декабре, а здесь, на переломе к осени, когда хлеб уже в кладях, а огород отдаёт последнее. Что росло в темноте, то нынче вынимают на свет.
Первый день осени народ отдал военачальнику и девушке. Один водил римские полки и умер в ущелье, не подняв меча, а имя его в святцах стоит рядом с тёплым ветром. Другая приняла смерть в палестинской Газе, и от её имени пошло прозвание, которое не сразу свяжешь с мученицей. О том, как святые получают у нас вторые имена, скажет слово о святом.
Народ звал этот день Феклой Свекольницей, и звал по делу. С гряд шёл красный корень, о котором в старину загадывали хитро. Зачем его торопились взять до утренников, расскажут традиции.
На столе тот же корень оборачивался едой печной, самой простой и самой ласковой к зубам. Он и подскажет, отчего в постный день ржаная краюха со свёклой сытнее иного варева.
Духовное же слово поведёт речь об оглядке. Крестьянин в этот день оборачивался и смотрел на пройденное, чего мы избегаем всю жизнь. Смотрел спокойно, а этому стоит поучиться.
Первое имя дню давал мученик Андрей Стратилат, римский военачальник, чьё воинское звание народ принял за прозвище. Он разбил персов малым отрядом, а когда донесли, что победитель христианин и всю дружину обратил в свою веру, Андрея с воинами заманили в горное ущелье и усекли мечами. Они не сопротивлялись, только молились, и молились не за себя одних, но и за тех, кто пришёл их убивать. Где пролилась кровь, открылся целебный источник.
Прозвали же Андрея Тепляком, и прозвище это о погоде. Полагали, что день его памяти должен выйти тёплым, вроде прощального привета от уходящего лета, и приглядывались к ветру. Там, где сеяли овёс, тёплому ветру радовались особо, он гнал зерно к спелости: «Стратилатов день приспел, овёс поспел». В степных краях при южном ветре добавляли своё: «Батюшка юг пустил ветер на овёс».
Второе имя пришло с огорода и родилось из простого созвучия. Мученица Фекла стала Свекольницей, потому что имя её легло на название красного корня, а корень этот как раз поспел. «На Феклу копай свеклу», «Фекла, дёргай свеклу», торопили друг друга хозяйки, и торопили не зря, первые утренники были уже недалеко. Корни брали за ботву, обчищали от земли и укладывали в погреб, срезав лист коротко, чтобы не тянул влагу. Загадка о свёкле сложена в двух видах, оба про одно: «Красный пан в яму впал», «Красные квыкли в землю ввыкли».
Был у первого осеннего дня и труд не для рук. На Стратилата оглядывали прожитый год, правили в нём кривое и просили прощения, а делали это с молитвой и без душевной смуты. О такой оглядке пойдёт речь ниже.
Чтилась в этот день и Донская икона Божией Матери письма Феофана Грека. Образ этот не раз сопутствовал русскому войску, впервые на Куликовом поле в 1380 году, где икону носили среди воинов и молился перед ней Димитрий Донской. Принесли её донские казаки, вставшие под его знамёна, от них и пошло имя. А в 1591 году, когда к Москве подступили крымские татары, царь Фёдор Иоаннович велел обнести Донскую крестным ходом вокруг кремлёвских стен, и наутро татары ушли, никем не гонимые.
Приметы читали по ветру и паутине. Южный ветер сулил овсу доброе дозревание, а летящая паутина, повисшая на жнивье и кустах, обещала вёдро и сухую дорогу.
Красный корень, вынутый нынче с гряды, шёл на стол в тот же день. Свёкла на русском столе не гостья, в памятниках шестнадцатого века её уже квасили и мочили впрок, а осенью проще всего было положить корни в загнетку, в остывающий жар после хлебов, и забыть о них до вечера. Печь всё лето парила репу, морковь и калину, и вот дошла очередь до свёклы. Она в этом ряду самая сладкая, жар вытягивает из неё сок и сгущает его до тёмной тягучей сласти.
Ели корень тёплым, обчистив кожуру и порезав ломтями, с постным маслом, солью и рубленым луком. Летом свёкла шла в холодное на квасу, где вкус её терялся среди прочего крошева, а тут она сама себе голова, и ничего к ней не нужно, кроме краюхи. За то и присказка: «Нет семги, так ешь и свеклу». По скоромным дням подавали к ней сметану с тёртым хреном, и в старинных поварских росписях такое сочетание не в диковину, тёртая свёкла хрен усмиряет и делает его мягче.
На всякий день. Свёкла, печённая в загнетке
Свёклу выбрать некрупную и ровную, вымыть, не срезая корешка и не очищая кожуры, чтобы не ушёл сок. Обтереть насухо, уложить в горшок и поставить в остывающую печь после хлебов либо в духовку на средний жар. Держать час с небольшим, пока лучина не станет входить в корень свободно. Дать остыть настолько, чтобы взять рукой, снять кожуру и порезать ломтями. Посолить, полить постным маслом, посыпать рубленым луком и укропом. Есть тёплой, с ржаным хлебом и квасом.
По-скоромному. Свёкла со сметаной и хреном
Печёную свёклу очистить и натереть на крупной тёрке. Корень хрена вымочить в холодной воде, очистить и натереть помельче, взяв его вдвое меньше. Смешать, посолить, положить ложку мёда и заправить густой сметаной. Дать постоять с полчаса на холоде, чтобы хрен отдал крепость свёкле, а та свою сласть ему. Подавать к мясному и к хлебу.
Корень весь свой век растёт вслепую. Он не видит ни солнца, ни хозяйской заботы, тянет соки в темноте и молчит, а каков он вышел, узнают только теперь, когда потянут за ботву. И хозяйка не бранится над мелким, не поёт над крупным, а смотрит, что уродилось, и прикидывает, что менять к весне.
«Испытаем и исследуем пути свои, и обратимся к Господу» (Плач 3:40).
Воины Андрея Стратилата стояли в ущелье и знали, что выйти оттуда не придётся. Времени оставалось ровно на то, чтобы помолиться. И вот на что они его потратили. Молились за себя, а после за тех, кто шёл их убивать. Ни укора, ни счёта обидчикам, ни последнего слова в свою защиту. Целую жизнь свели к одному движению души и злобы в нём не оставили никому.
Оглядка, которую крестьянин делал в первый осенний день, тем и хороша, что не была самоедством. Год оглядывали, как выкопанный корень, спокойно и по-хозяйски. Где сглупил, там поправить, кого обидел, у того попросить прощения. Народ и присловье сложил короткое: «Хвались, да назад оглянись». А чтобы оглядка не обратилась в топтание на месте, есть ей и мера: «Каяться кайся, да опять за то же не принимайся».
Вот и оглядка Феклина дня. Оглянись нынче на прожитое без страха, ты не на суде, а на своей гряде. Найди одно, за что стыдно, и поправь его на этой же неделе, не откладывая до нового года. Найди одного человека, перед кем виноват, и скажи ему слово. А что не выросло, тому дай ещё сроку, корень и в темноте растёт.
Святи́и му́ченицы Тимофе́е, Ага́пие и Фе́кло, испроси́те нам у Го́спода му́жества огляну́ться на путь свой без стра́ха и си́лы попра́вить в нём кривое. Моли́те Бо́га о нас.
Му́ченица Фе́кла (с му́чениками Тимофе́ем и Ага́пием)
А́гница Твоя́, Иису́се, Фе́кло/ зове́т ве́лиим гла́сом:/ Тебе́, Женише́ мой, люблю́,/ и Тебе́ и́щущи страда́льчествую/ и сраспина́юся и спогреба́юся креще́нию Твоему́,/ и стражду́ Тебе́ ра́ди, я́ко да ца́рствую в Тебе́/ и умира́ю за Тя, да и живу́ с Тобо́ю;/ но я́ко же́ртву непоро́чную приими́ мя, с любо́вию поже́ршуюся Тебе́./ Тоя́ моли́твами, я́ко Ми́лостив, спаси́ ду́ши на́ша.
Мученица Фекла пострадала в палестинской Газе в начале четвёртого века, при правителе Урбане, вместе с Агапием и учителем веры Тимофеем. Про неё известно немного, и это тот случай, когда о человеке говорит не житие, а то, что он выбрал в последний час. Тимофея сожгли, Феклу с Агапием отдали зверям. Ни один из троих от Христа не отрёкся.
Народ русский взял себе её имя и обошёлся с ним по-свойски. Фекла стала Свекольницей просто потому, что имя мученицы легло на название красного корня, поспевавшего к этому дню. Смешного тут меньше, чем кажется. Так неграмотный пахарь вводил святых к себе в дом и в огород, ставил их память рядом со своим трудом и через грядку с корнем помнил о девушке, погибшей за веру полторы тысячи лет назад. Церковь такому родству не мешала, потому что за созвучием стояла живая память. Тропарь поёт о Фекле голосом её самой, и голос этот твёрже иного мужского, ибо стражду Тебе ради, яко да царствую в Тебе. Она страдает не для того, чтобы претерпеть, а чтобы царствовать. Клейма нашей иконы держат эти два родства. На житийном раскалённая печь в Газе, из которой Тимофей благословляет Бога, и Фекла с Агапием стоят перед правителем. На народном осенний огород, где хозяйка вынимает из земли красный корень и разгибается с ним в руках. Одна отдала жизнь, другая копает свёклу, и обе в святцах одного дня, потому что вера живёт не только в огне, но и в будничной работе.
Поздравляем именинников Фёкл, Тимофеев, Агапиев и Андреев. Имя Фекла греческое, из двух слов, слава Божия, и оно оказалось точным, славу свою мученица приняла не от людей. Тимофей значит почитающий Бога, Агапий сродни любви, той самой, о которой сказано, что она никогда не перестаёт. А чтимый образ, о котором сказано выше, хранится в Третьяковской галерее, и раз в год, в этот самый день, его переносят в Донской монастырь Москвы, где служат перед ним литургию. житие
Славный мученик Тимофей был родом из палестинского города Газы. Жизнь его вызывала удивление, и слово ему было дано ясное, оттого и поставили его учителем Христовой веры.
Схватили Тимофея в самой Газе и привели к правителю города Урбану. На допросе он объявил себя христианином и не остановился на этом. Он стал проповедовать перед судом о любви Христовой к людям, о пришествии Его на землю и о воплощении.
За эту проповедь Тимофея предали разнообразным мучениям. Он остался непреклонен в вере. Тогда его бросили в огонь, и там он скончался.
В то же самое время и в том же городе святые Агапий и Фекла были подвергнуты жестоким мучениям. Они и после того держались веры во Христа. Их отдали на растерзание зверям, от чего оба и скончались, восприняв небесные венцы.
Евангельские чтения
Объяснение в притчах Царства Небесного
Сказал Господь Своим ученикам: замечайте, что слышите. Какою мерою мерите, такою отмерено будет вам и прибавлено будем вам, слушающим. Ибо кто имеет, тому дано будет; а кто не имеет, у того отнимется и то, что имеет. И сказал: Царствие Божие подобно тому, как если человек бросит семя в землю; и спит, и встает ночью и днем; и, как семя всходит и растет, не знает он. Ибо земля сама собою производит сперва зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе. Когда же созреет плод, немедленно посылает серп, потому что настала жатва. И сказал: чему уподобим Царство Божие? или какою притчею изобразим его? Оно – как зерно горчичное, которое, когда сеется в землю, есть меньше всех семян на земле; а когда посеяно, всходит, и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные. И таковыми многими притчами проповедовал им слово, сколько они могли слышать. Без притчи же не говорил им, а ученикам наедине изъяснял все.