Кирилл Катаник
Реви, не реви – Катаник санки унёс (народный месяцеслов)
Снег на горке за деревней почернел и сел, и накатанная за зиму ледяная дорожка проступила из него серой полосой с проталинами. Днём на солнце с неё течёт, а по краям уже показалась прошлогодняя трава. Под ногой всюду мокро, и даже на насту, где утром ещё держит, к обеду проваливаешься до колена. По дорогам ползут обозы, и полозья режут снег до земли, а за ними тянется жёлтая вода. На реке лёд посинел и вздулся, у берегов стоит вода. С крыш льёт, в канавах журчит, и в воздухе пахнет сыростью, корой и прелым листом. Ольха над ручьём вся увешана серёжками, а берёза ещё голая и только краснеет верхушкой.
Дед сидит на завалинке у избы, на солнышке, и плетёт лапти из бересты. Ему за семьдесят, борода у него белая, клином, лицо доброе и в морщинах, глаза прищурены от света. На нём старый армяк нараспашку и валяная шапка, сдвинутая на затылок. Бересту он надрал загодя и держит в ведре с водой, чтобы не ломалась. Ленты у него ровные, одной ширины, и лапоть растёт у него в руках быстро, ряд за рядом, а кочедык ходит под лентами без промаха. Внук стоит рядом и смотрит, шмыгая носом, ибо утром у него унесли санки. Дед протягивает ему готовый лапоть примерить. «Не осуди в лаптях, сапоги в санях» (Даль), а по весенней мокряди лучше берестяного лаптя обуви нет.
Далеко на юге, на сицилийской земле, люди черпали воду, от которой сводило рот, и другой не знали. Старый епископ опустился перед ней на колени и долго молился. Когда он поднялся, воду зачерпнули снова, и она оказалась сладкой. Городской начальник, служивший идолам, видел всё это сам и вскоре попросил крещения.
Горькое и сладкое в одних руках у Бога.
Кириллом Катаником народ прозвал святителя Кирилла, епископа Катанского. С ним чтится и преподобный Иаков исповедник, епископ, который в пору иконоборчества стоял за почитание святых икон, томился в темнице и скончался в изгнании.
Прозвание Катаник пришло к святителю от его города. Катания, сицилийская кафедра святого, звучала для русского уха, как катанье, и святой сделался Катаником. Совпало и время. Санный путь к этому числу рушился, горки чернели и таяли, и катанию на санках приходил конец. Санки уносили на поветь, где им лежать до снега. «Катаник – предел зимним потехам детворы» (народный месяцеслов). Дети ревели, расставаясь с горкой, а им отвечали присловьем, которое стоит эпиграфом этого числа. Катаниками звались и валенки, катаные из шерсти, и их время тоже кончалось. «По мокреди, по сырому снегу в валенках-катаниках не далеко уйдёшь» (народный месяцеслов). Валенки сушили на печи и убирали, а обувались в лапти.
С этого дня крестьяне обновляли берестяные лапти. Берестяной лапоть хорош был именно в мокреть, ибо береста воды не боится. Плели их загодя, и в каждом доме к весне стояла связка новых лаптей.
Приметы этого числа о будущем лете. Если берёза перед ольхой лист распустит, лето будет сухое, а если ольха распустит лист перед берёзой, лето будет мокрое. Берёза пьёт много влаги и раньше трогается в рост в тёплую весну, а ольха растёт у воды и раньше распускается там, где сыро.
Шаньга есть открытая лепёшка из кислого теста, на которую сверху наливают начинку и так пекут. В старом описании крестьянского стола Сибири шаньги стоят среди того, что пекли в храмовые праздники, рядом с пирогами, бубликами и калачами. Тесто на шаньги ставили и пшеничное, и ржаное, а наливку делали из того, что было в доме, из творога, сметаны, гороха и картофеля. Картофельная наливка шла в любое время года, ибо картофель хранился в подполе до новины.
В постный день наливку из картофеля делали на одном отваре с постным маслом, без молока, яиц и сметаны, а тесто ставили на закваске, без сдобы. Такие шаньги выходили сытными и простыми, и их пекли разом много, чтобы хватило на день. «Ржаной хлеб всему голова» (Даль), и шаньга из ржаного теста, с картошкой поверху, была тем же хлебом, только с едой на нём. Ели их горячими, прямо из печи, со щами или запивая квасом.
Шаньги ржаные с картофельной наливкой
Кислое ржаное тесто, поставленное на закваске, когда подойдёт, выложить на стол, подсыпанный мукой, и разделить на куски по 60–70 граммов. Каждый кусок раскатать в круглую лепёшку и уложить на железный лист, промазанный постным маслом, и дать лепёшкам постоять в тепле, пока готовится наливка. 10–12 картофелин сварить, очистить горячими и протереть, разводя тем отваром, в котором они варились, посолить и положить 2–3 ложки постного масла. Наливка должна выйти густой, как каша, чтобы держалась на лепёшке и не растекалась. Наложить её на лепёшки и разровнять ложкой, оставив по краю узкую полоску теста. Сажать в печь, когда жар станет ровным, и печь, пока наливка не зарумянится, а тесто не пропечётся. Подавать горячими. Выходит на шестерых.
Санки уносят на поветь, и дети ревут. Взрослые знают, что слёзы эти на один день. Горка растаяла, и впереди своя работа, свои дела и свои радости, которых ребёнок ещё не видит. Он видит одно, что у него отняли любимое, и плачет об этом от всей души. Но проходит день, другой, и он уже бегает по проталинам, пускает щепки по ручьям, тащится за отцом в поле и забывает свои санки до первого снега.
Когда я был младенцем, то по-младенчески говорил, по-младенчески мыслил, по-младенчески рассуждал; а как стал мужем, то оставил младенческое (1 Кор. 13:11).
Апостол пишет это о любви. Знание, дар, самая вера отходят, как детское, когда приходит совершенное. Остаётся любовь, и в ней одной человек становится взрослым.
Святитель Кирилл пришёл в Катанию, где люди пили горькую воду. Они привыкли к ней и, может быть, не надеялись ни на что лучшее. Ребёнок на месте епископа заплакал бы над горьким источником, а потом ушёл бы туда, где вода слаще. Кирилл остался. Он стал на колени у источника и помолился, и вода переменилась. Взрослая вера не та, что не замечает горечи, и не та, что убегает от неё. Взрослая вера просит Бога о том, чтобы горькое стало сладким, и ради других не уходит с места, пока не получит.
Оставить младенческое не значит разучиться радоваться. Это значит не жить больше одним своим желанием. Ребёнок плачет, потому что хочет своего, взрослый терпит, потому что знает, что Бог ведёт к лучшему. Ребёнок ждёт, когда ему дадут, взрослый сам даёт другим. И радость у взрослого бывает глубже, ибо она выросла из терпения.
Возьми нынче с собой в какое-нибудь дело ребёнка, сына, внука или соседского мальчишку, и дай ему настоящую работу по силам. Похвали его за то, что вышло, и не браня за то, что не вышло. Каким он вырастет, ведает Господь, а показать ему, как взрослые делают своё дело, может всякий.
Святи́телю о́тче Кири́лле, го́рькую во́ду моли́твою в сла́дость претвори́вый, умоли́ Христа́ Бо́га, да и на́ша го́рести в сла́дость претвори́т и даст нам, оста́вльше младе́нческое, в любви́ возрасти́. Моли́ Бо́га о нас.
Святи́тель Кири́лл, епи́скоп Ката́нский
Пра́вило ве́ры, и о́браз кро́тости,/ воздержа́ния учи́теля/ яви́ тя ста́ду твоему́/ я́же веще́й и́стина;/ сего́ ра́ди стяжа́л еси́ смире́нием высо́кая,/ нището́ю бога́тая, о́тче священнонача́льниче Кири́лле,// моли́ Христа́ Бо́га спасти́ся душа́м на́шим.
Святителю Кириллу, епископу Катанскому, молятся как пастырю, который умел обращать людей не силой, а добротой. Он жил в первые времена Церкви, был поставлен на кафедру самим апостолом и прославился добротою и даром чудотворения.
Святым числа его сделала молитва над горьким источником. Чудо это было тихое и полезное. Святой не поражал ни врагов, ни толпу, а дал людям воду, которую можно пить, и через эту воду язычник познал истинного Бога. Проповедь, обращённая к уму, порой остаётся без ответа, а чаша сладкой воды из источника, недавно горького, убеждает и того, кто не слушал слов. Так пастырь и вёл своих людей, делом, которое было людям во благо.
Народ назвал святого Катаником, расслышав в имени его города катанье, и сделал его днём, когда санки уносят на поветь. Дети в этот день плачут, а народ утешает их шуткою, которая лучше всякого уговора. Святитель, переменивший горькую воду на сладкую, к этому дню подходит. Горек день, когда кончается детская забава, но наступающая весна сладка своим трудом и своими радостями. «Не вкусив горького, не узнаешь и сладкого» (Даль). Горечь, принятая с терпением, обращается в сладость, и в источнике у Катании, и в детском сердце, которое учится отпускать любимое.
Святитель упокоился в глубокой старости и был погребён на своём острове, и гроб его стал местом исцелений. Поклониться святителю можно перед его образом, а молитвенно помянуть всюду, где звучит в этот день тропарь святителю.
Греческое имя Кирилл значит «господин, владыка». Нынче именинники Кириллы. Мальчику с этим именем дано имя хозяина, и хорошо, если оно напомнит ему, что хозяин не плачет над потерей, а принимается за работу.
Святой Кирилл был родом из Антиохии. Он был учеником апостола Петра и от него был поставлен епископом Катанским в Сицилии. Хорошо и богоугодно пас он свою паству и приводил неверных к вере Христовой.
Святитель сотворил много чудес, и из них память сохранила одно. В той местности был источник с горькой водой. Святитель Божий Кирилл помолился Богу и переменил горечь этого источника на сладость. Увидев это, эллинский начальник, идолопоклонник, уверовал во Христа, а с ним уверовали и многие другие.
Достигши глубокой старости, святой Кирилл почил святолепным сном смерти. Его с честью погребли на том же острове, и от его гроба подавались исцеления всем, кто прибегал к нему с верою.
Евангельские чтения
Призвание мытаря Левия Алфеева
В те дни Иисус, проходя, увидел Левия Алфеева, сидящего у сбора пошлин, и говорит ему: следуй за Мною. И он, встав, последовал за Ним. И когда Иисус возлежал в доме его, возлежали с Ним и ученики Его и многие мытари и грешники: ибо много их было, и они следовали за Ним. Книжники и фарисеи, увидев, что Он ест с мытарями и грешниками, говорили ученикам Его: как это Он ест и пьет с мытарями и грешниками? Услышав это, Иисус говорит им: не здоровые имеют нужду во враче, но больные; Я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию.