День стоит талый. С крыш капает с самого утра, у порога натекла лужа, и куры пьют из неё, задирая головы после каждого глотка. Сосульки над завалинкой за день вытянулись и к вечеру висят мутные, с тёмной каплей на конце. Снег в поле осел и стал шершавым, зернистым, и под ногой хрустит уже не по-зимнему. К вечеру мороз прихватывает лужи тонким ледком, капель на крышах замолкает, и небо, весь день мутное, расчищается и синеет. Звёзды высыпают на нём часто и низко, и в холодном воздухе они кажутся ближе, чем зимой. Пахнет дымом из труб, талым снегом и мокрой корой.
Хозяин перед сном выходит на двор проведать скотину. Задаёт корове сена на ночь, закладывает дверь хлева, чтобы не тянуло холодом, и, возвращаясь к крыльцу, поднимает голову. В эту минуту по небу скатывается звезда, длинно и беззвучно, и гаснет над лесом. Он снимает шапку и крестится. «Живы родители – почитай, померли – поминай!» (Даль). Отца и мать он поминает каждый вечер, а нынче к ним прибавится ещё одна душа, имени которой он не знает. Потом надевает шапку и стоит у крыльца, пока не озябнут руки, и только тогда идёт в избу, где у образов теплится лампада.
Святителя Льва, по которому зовётся число, в далёкой Катане проводили в последний путь под колокольный звон. В тот самый час в городские ворота входила больная женщина, которая долгие годы не находила себе врача и шла просить его молитвы. Услышав звон и узнав, по ком звонят, она пошла к его одру, коснулась его и встала здоровой.
Звезда скатится, а имя останется в молитве.
День Катыша иначе величали Львом-катальщиком. Чтится нынче святитель Лев, епископ Катанский, и прозвание своё день получил от его города. Святой Лев был епископом в Катане на острове Сицилии, и в имени этого города русское ухо услышало знакомое «катать», «катиться», «скатываться». Так святитель из далёкой Сицилии вошёл в народный месяцеслов, а число стало звёздным, ибо звёзды на небе в народной речи катятся. В загадке они так и названы каточками: «Катилися каточки… увидели зорю, пали в воду».
С падающей звездой у народа была связана мысль о душе. В толковом словаре она записана коротко: «Ангел за душою усопшего полетел». Завидев, как скатывается звезда, знали, что где-то на земле кончилась жизнь и за душою пришёл ангел. На Севере, в Архангельской губернии, говорили определённее: «падающая с неба звезда означает кончину праведника на земле» (Ермолов).
В день памяти преподобномученика Корнилия Псково-Печерского советовали беречься простуд и прочих болезней. Пора к тому располагает. Днём с крыш течёт и под ногами хлюпает, к ночи подмораживает, и в такую сырость простуда пристаёт легко.
Приметы этого числа о весне и об урожае. Если курочка в этот день напьётся воды у порожка, весна будет дружной и тёплой, ибо вода, натёкшая к самому порогу, значит, что тает рано и споро. Шершавый снег сулил урожай, а гладкий неурожай. Падающая звезда в житейской примете сулит ветер, «Звезда падает, к ветру» (Даль), а в Калужской губернии примечали, что звёзды, сыплющиеся с неба зимой, к снегу, а летом к дождю.
Кокурками звали круглые сдобные колобки на сливочном масле, и на Руси их пекли в этот день. В толковом словаре кокурка названа булочкой с яйцом, а бывает она и без него. В девичьей игровой песне про мельницу мука мелется на угощение гостям, дедушке и бабушке, батюшке и матушке, и из пшеничной обещают «кокурок, лепешек в масле наваляем». Имён и сортов у колобков было много, кокурки, колобаны, клецки, лепёшки, витушки, каравайцы, пряженцы, и кокурку среди них отличает одно, запечённое внутри целое яйцо.
На Севере кокурки были едою дорожной. Путнику, не взявшему с собою запаса, голод там стоял по обе стороны дороги, и выручали тогда уха и яичница, а для дороги и придуманы кокурки, круглые и сдобные, с яйцом, запечённым внутри. В такой булке разом и хлеб, и яйцо, её не режут и не собирают, а берут в руку и едят на ходу. «Не помолившись Богу, не ездят в дорогу» (Даль). Перед дорогой молились на образа, а кокурки клали в суму с собой.
Кокурки
Развести 25 граммов дрожжей, чайную ложку сахару и ложку муки в 1/4 стакана тёплой воды и оставить на 15 минут. Половину от 750 граммов муки развести стаканом с четвертью тёплого молока, смешать с дрожжами и дать подойти. Когда тесто поднимется, всыпать остальную муку и чайную ложку соли, положить 100 граммов растёртого сливочного масла и 1 яйцо и месить, покуда тесто не перестанет липнуть к рукам. Тем временем сварить вкрутую 8 яиц, остудить в холодной воде и облупить. Тесто разделить на 8 кусков, каждый раскатать в лепёшку, положить в середину яйцо, собрать края кверху, защипнуть и скатать в руках круглый колобок швом вниз. Разложить на смазанный маслом железный лист, дать подняться, смазать сверху яйцом и посадить в горячую печь, чтобы подрумянились. Выходит восемь кокурок.
Звезда скатывается по небу быстро, и разглядеть её не успеваешь. Кто увидел, тот увидел, а о ком она, не знает никто. Есть поверье, что звёзды падают по Божию повелению. Когда душа человека приходит на небо, Бог велит ангелам сбросить одну звезду, «чтобы все люди знали о кончине умершего и помолились за него» (Ермолов). Звезда в этом поверье ничего не сулит смотрящему. Она только извещает о том, кого уже нет, и просит о нём молитвы. Весть о чужой кончине зовёт не за себя бояться, а за того молиться.
Дорога́ в очах Господних смерть святых Его! (Пс. 115:6).
Игумен Корнилий правил Псково-Печерской обителью больше сорока лет. Он обнёс её каменной стеной, ставил храмы, крестил окрестный народ, в моровое поветрие велел кормить голодных варёной рожью и завёл в обители синодик, книгу, куда вписывали имена усопших, чтобы братия молилась о них по именам. Когда к обители подошёл царь Иоанн Грозный, разгневанный ложным доносом, игумен вышел ему навстречу из ворот с крестом в руках. Царь своей рукой отсёк ему голову. И тотчас опомнился, поднял тело и сам понёс его в обитель, по той дороге, которую с тех пор зовут кровавой.
После царь сделал обители богатые вклады и вписал имя убитого игумена в свой синодик, чтобы о нём молились. Тот, кто завёл в обители книгу памяти, сам попал в такую книгу, и вписала его рука, отнявшая у него жизнь.
Чужая смерть задевает всякого за живое. Иной, услышав о ней, весь уходит в себя, перебирает свои годы и свои болезни и на того, кто ушёл, уже не оглядывается. А иной первым делом вспоминает ушедшего по имени и просит ему у Бога покоя. Страх за себя понятен и сам по себе не грех, но тому, кто ушёл, он ничего не даёт.
Как отличить одно от другого? По первой мысли, что приходит вместе с вестью. Если она о себе, её стоит повернуть к тому, кому теперь нужнее.
И не надо думать, что поминать поздно. Царь опомнился, когда уже ничего нельзя было вернуть, а имя игумена с тех пор поминают в молитве. Память, пришедшая и поздно, не напрасна, а живые, поминая усопших по именам, делают то, чего у них никто не отнимет.
Выпиши нынче вечером на лист имена своих усопших, родных и крёстных, тех, кто тебя учил, и тех, с кем давно развела жизнь, и положи этот лист к иконам. В ближайшую службу подай их в записке об упокоении. А когда в другой раз услышишь о чьей-то кончине, первым словом скажи: «Упокой, Господи, душу раба Твоего». Куда пойдёт душа, ведает один Бог, а помнить её имя и молиться о ней дано тебе.
Святи́телю о́тче Льве, сиро́т и вдови́ц пита́телю, и ты, преподо́бне му́чениче Корни́лие, со кресто́м во сре́тение царю́ изше́дый и поминове́ние усо́пших во оби́тели твое́й учреди́вый, испроси́те нам у Го́спода о преста́вльшихся бли́жних на́ших не забыва́ти, но имена́ их в моли́твах при́сно воспомина́ти. Моли́те Бо́га о нас.
Святителю Льву Катанскому молятся об исцелении от недугов, ибо дар исцеления был у него при жизни и не оставил его и по кончине, и о защите от обмана, от тех, кто морочит людей и выдаёт ложь за чудо. Просят его и о сиротах, вдовах и бездомных, ибо о них он заботился всю свою святительскую жизнь.
Народ услышал в его прозвании звёзды, что катятся с неба, а Церковь видит в нём свет, который не катится и не гаснет.
Сиротам и вдовам святитель был отцом. «На вдовий дом хоть щепку брось, и за то Бог помилует» (Даль). А святитель отдавал им не щепку, а хлеб и одежду.
Милость эта шла рядом с твёрдостью. Тот, кто был кроток с сиротой, не уступал обманщику, морочившему целый город, и не побоялся шагнуть с ним в пламя. Имя своё святитель оправдал вдвойне, ибо львом он был не для слабых, а для тех, кто слабых обманывал.
Вместе со святителем Церковь чтит нынче преподобномученика Корнилия, игумена Псково-Печерской обители. Родом он был псковский, из боярской семьи, и мать с детства учила его любить странников. Мальчиком его отдали в Мирожский монастырь, где он выучился грамоте, книгописанию и иконописи, и книжником остался на всю жизнь, собрал в обители большую библиотеку и сам описал чудеса Печерской иконы Божией Матери. При нём братия выросла с пятнадцати иноков до двухсот. Мощи преподобного покоятся в Успенском соборе Псково-Печерского монастыря, в городе Печоры Псковской области, на улице Международной. Сто двадцать лет тело лежало в стене пещеры, а потом митрополит Псковский Маркелл перенёс его в собор.
Львы, Корнилии, Агафоны и Исидоры справляют нынче именины. Имя Лев греческое и значит то же, что по-русски.
Угодник Божий Лев происходил из Равеннской области и был сыном благородных и благочестивых родителей. За чистое житие и разум его возводили по порядку на все священные степени. Когда преставился блаженный Савин, епископ Катанский, Лев избранием Божиим был возведён на его престол.
Город Катана стоит на острове Сицилии, недалеко от горы Етны, которая и доныне извергает огненную лаву.
Приняв престол, святой Лев принял на себя и все труды нового сана. Он заботился о сиротах, нищих, вдовицах, больных и странных, питал и одевал их на церковное имение и врачевал их недуги своими молитвами. Чадам своим он был милостивым отцом и стаду своему верным пастырем, а для бесов и их служителей был страшен, как лев для волков.
В его дни жил в Катане волхв по имени Илиодор. Он родился от верующих во Христа и благочестивых родителей и сам был просвещён святым крещением, но потом тайно отрёкся от Христа, научился волхвованию и стал служить бесам. Так он слыл христианином, а на деле был язычником и великим волхвом, ничем не лучше древнего волхва Симона, которого молитвою предали смерти верховные апостолы Пётр и Павел.
Илиодор творил удивительные волшебные чудеса. Он наводил на людей такое мечтание, что им казалось, будто по сухим улицам и площадям текут реки, и граждане, обнажившись, переходили посреди города мнимую реку. Камни он обращал в золото, но лишь на малое время. На торжищах он причинял купцам большие убытки, а дочерей честных граждан смущал так, что они бросали родительский кров.
Игемон Луций донёс о нём царям Льву и сыну его Константину, и цари велели взять волхва. Илиодор сам отдался в руки посланных, сел с ними на корабль в Катане и в тот же день пристал к Царьграду, в один час проплыв путь от Сицилии до Фракии. Цари осудили его на смерть, но он на их глазах стал невидим и опять очутился в Катане. Его призвали вторично и осудили на усечение мечом, но когда воин занёс меч над его головою и сильно взмахнул, меч ударил по воздуху, а чародей снова оказался в Катане.
Святитель Лев часто убеждал его оставить злые дела, покаяться и обратиться к Богу. Но уговорить Илиодора было нельзя, как нельзя сделать белым эфиопа и твёрдый камень обратить в мягкий воск. Нечестивец не исправился и задумал ещё большее зло: посмеяться над самим архиереем Божиим.
Однажды, в торжественный день праздника, святитель со всем причтом совершал в церкви Божественную службу при всём народе. Вошёл в храм и Илиодор, будто бы христианин, и стал тайно волхвовать. Одни в народе затопотали ногами, словно кони, и зарычали, как звери, другие неудержимо захохотали, иные разгневались. А волхв хвалился, что сам епископ со всеми пресвитерами и клириками бросит службу и пустится тут же плясать, будто под звуки музыки.
Святитель уразумел его замысел. Он преклонил колени пред престолом Божиим, усердно помолился, встал, вышел из алтаря, взял волшебника своим омофором за шею и связал его. Выведя его из церкви на середину города, он велел народу принести побольше дров и развести сильный огонь. Расспросив Илиодора обо всех его волхвованиях, святой, держа его связанным омофором, вошёл с ним в огонь и стоял среди пламени, не сходя с места, пока нечестивый волхв не сгорел весь. Потом архиерей Божий вернулся в церковь и докончил Божественную службу.
Это преславное чудо привело всех в ужас. Святитель держал волхва в пламени, а сам не опалился, и огонь не коснулся даже его святительских облачений, ибо роса Духа Святого окружила его в пламени и защитила. Слух об этом прошёл по всем концам земли. Цари с великой честью призвали святого в Царьград, припали к его честным ногам и умоляли помолиться за них. Входя в царскую палату, блаженный нёс на своей одежде горящие угли, и одежда его не опалялась.
Много и других чудес сотворил этот великий угодник Божий. Он подавал слепым прозрение и больным исцеление, изгонял из людей бесов, молитвою сокрушил идольское капище и словом ниспроверг идолов. В старости он преставился Господу.
В то самое время в Катану шла к святому кровоточивая женщина из Сиракузской области, сенаторского рода. Долго страдала она этим недугом, и врачи уже отказались её лечить. Слыша, что епископ Лев молитвою подаёт исцеление, она шла просить его помолиться о ней. Входя в городские ворота, она услышала звон по умершем и спросила, кто скончался. Ей ответили, что преставился святой епископ Лев. Исполненная глубокой жалости, она пошла к почившему и, едва коснулась его одра, тотчас исцелилась совершенно.
Святое тело епископа Льва положили в церкви святой мученицы Лукии, и оно исцеляло разные недуги во славу Христа Бога нашего.
В те дни воины приводят Иисуса на место Голгофу, что значит: Лобное место. Был час третий, и распяли Его. В шестом же часу настала тьма по всей земле и продолжалась до часа девятого. В девятом часу возопил Иисус громким голосом: Элои! Элои! ламма савахфани? – что значит: Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? Некоторые из стоявших тут, услышав, говорили: вот, Илию зовет. А один побежал, наполнил губку уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить, говоря: постойте, посмотрим, придет ли Илия снять Его. Иисус же, возгласив громко, испустил дух. И завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу. Сотник, стоявший напротив Его, увидев, что Он, так возгласив, испустил дух, сказал: истинно Человек Сей был Сын Божий. Были тут и женщины, которые смотрели издали: между ними была и Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии, и Саломия, которые и тогда, как Он был в Галилее, следовали за Ним и служили Ему, и другие многие, вместе с Ним пришедшие в Иерусалим.