Спорит в этот день сама погода. Осень теряет последнюю нарядность, ибо цвет держится ещё в дубравах и по ольшанику вдоль воды, а поля уже пусты и черны от зяби. Свет переменчив, и в один час небо успевает побывать и синим, и белым, и свинцовым, отчего лес то вспыхивает золотом, то гаснет разом, будто задули свечу. С утра пригреет по-летнему, к полудню нахмурится, к вечеру сыпанёт крупой, и не предузнать, что принесёт остаток осени. «Не всё то бело, что бело» (Даль), и первая крупа на дворе ещё не снег.
Хозяйка в такой день не глядит на небо, ей есть чем заняться. По старому русскому счёту отсюда начиналась сама осень, третье время года, и с этого числа запасы считают всерьёз и прикидывают, до какого месяца достанет солёного, сколько в ларе муки и хватит ли до весны того, что снято с гряд. Работа её вся у печи, и там же весь её расчёт, потому что печь надо топить теперь каждый день и до самого апреля, а дров пережечь впустую нельзя.
Мученица Ираида вышла поутру к источнику за водой, а к вечеру, по своей воле, стала узницей за веру. У берега стоял корабль с закованными людьми, которых везли на смерть за Христа, и что-то возгорелось в её сердце. Она поставила водонос и пошла к ним. Вся её жизнь перевернулась в один шаг, тихий и пламенный шаг её сердца. Когда корабль пришёл к месту казни, её вывели первой из всех, и она приняла смерть прежде тех, за кем пошла.
В тот же день Церковь вспоминает и весть, принесённую ангелом священнику Захарии в храме, о сыне, которому назначено было идти впереди Господа. Весть эта была тихая, при одном человеке, и никто в тот час ничего не услышал.
Погода спорит сама с собой без конца и без толку. А сердце решает всё в один шаг, и другого случая может не быть.
Имён у дня несколько, и все с историей. Ираидин день и Раисин, по мученице, которую народ выговорил на свой лад. Спорный, по норову погоды. Иоаннов, по церковному празднику Зачатия Предтечи. А отсчёт осени по старому времяисчислению добавлял дню весу, ибо с него начиналось третье время года, и хозяйки прикидывали зимние запасы уже всерьёз.
Печь в этот день была в особом почёте, и у хозяек водилось над печным угольем своё слово. Дивиться тут нечему и разбирать нечего, ибо у печи проходит вся женская жизнь, от потёмок до потёмок, и печь хозяйке и помощница в трудах, и собеседница в одиночестве, а сказанное ей вслух слово есть домашняя речь за работой. Угли на поде берегли как жар для утренней растопки, золу копили на щёлок и на огород, и о тепле печи пеклись, как о живом. «Догадлив крестьянин, на печи избу поставил» (Даль), и в шутке этой чистая правда о том, чем держится дом.
Одно в том слове стоит особняком. Печь просили не только пособить с печевом, но и поровнять бабью долю, а вот долю печь не равняет, потому что не в её это власти. Нужда за просьбой стояла настоящая, женская, о доле, о детях, о доме, и день на неё отвечает прямо, только не угольем. Церковь празднует нынче Зачатие Иоанна Предтечи, и весь этот праздник о том, как сына обещали тем, кто его уже не ждал, и обещание сбылось.
Пекли в этот день наливушки, еду нехитрую и весёлую. Свод прямо говорит, что нравились они особенно ребятишкам, а что нравится ребятишкам, то в доме праздник.
Примета дня глядела в лес, и если орехов много, а грибов мало, ждали зимы суровой. Лес, говорили старики, кормит с умыслом, и по его щедротам читали зиму, как по книге.
Наливушки нынче на столе главные, и устроены они просто, как всё любимое. Толчёную картошку сдабривают яйцом и молоком, наливают на тонкую ржаную лепёшку, чуть заворачивая её по краям, чтобы налив не сбежал, и отправляют в печь до румяного верха. Выходит и хлеб, и приварок разом, а посуды не надо вовсе, потому что посудой служит сама лепёшка.
Картофель в этой работе уже не сам себе голова, как бывает он варёным и толчёным к столу, а начинка, налив на ржаном тесте, и еда из полевой становится домашней, печной. Так новый гость русского стола понемногу обживался в старом хлебном укладе, сперва сам по себе, а после в союзе с ржаной лепёшкой, которой на Руси сроду доверяли всё лучшее. Картошка вошла в русский стол не сама по себе, а под хлебным началом.
Печь для такого дела нужна отходящая, вольного жара, ибо в сильном налив схватится коркой прежде, чем дойдёт середина, а в остывшей не зарумянится вовсе. Оттого наливушки и ставили после хлебов, когда печь отдала большой жар. Остывшие они не портятся и держат дорогу, и потому их часто клали с собою тому, кто уходил на день из дома.
Наливушки
Замесить на воде с солью крутое ржаное тесто, раскатать тонкие лепёшки с ладонь и чуть завернуть края бортиком. Картошку отварить и растолочь без комка, разболтать с сырым яйцом и молоком до густоты сметаны, посолить. Налить картофельное на лепёшки, разровнять ложкой и ставить в вольный жар печи, пока верх не зарумянится и не схватится глянцем. Есть горячими, со сметаной либо с молоком.
У колодца в Самарии женщина пришла за водой и встретила Христа. Разговор был долгий, а конец его уместился в один стих, и стих этот весь про нынешний день.
«Тогда женщина оставила водонос свой и пошла в город, и говорит людям» (Ин. 4:28).
Оставила водонос. Пришла за одним, а ушла с другим, и прежняя ноша стала не нужна в ту же минуту. Через триста лет у другого источника, в Александрии, то же самое сделала дева Ираида. Она вышла за водой, увидела у берега корабль, а на нём узников в оковах, иереев, иноков, дев, которых везли на мучение за Христа. И житие говорит об этом коротко, как отрезает, что девушка, шедшая за водой, бросила сосуд на дороге и сама пошла в оковы вслед за узниками. Вода осталась на берегу. Больше ей носить было нечего, она сама стала сосудом.
Настоящая перемена всегда так и совершается, в один шаг. Готовится она, может, годами, зреет незаметно, как зерно под снегом, но сам поворот короток, как порог, ибо вот ты по эту сторону, а вот уже по ту. «Всякий Еремей про себя разумей» (Даль), и час свой всякому дано узнать самому. Погода за окном нынче переменится восемь раз, и это перемены пустые, круговые. А сердцу на всю жизнь даётся несколько настоящих, и мерило у них одно, к Кому этот шаг. Перемена, которая ближе ко Христу, всегда от Бога, какой бы крутой она ни казалась.
Носи свой водонос честно, но держи руки готовыми, и в тот час, когда позовут, поставь его и иди.
Свята́я му́ченице Ираи́до, испроси́ у Го́спода сердца́м на́шим тоя́ реши́мости, е́юже в еди́н час земна́я оставля́ются и Христо́с обрета́ется. Моли́ Бо́га о нас.
Просят у мученицы Ираиды решимости в тот час, когда выбор стоит прямо перед глазами и раздумывать уже поздно, и просят её о детях, уходящих из дома в чужую сторону, потому что она ушла, не оглянувшись.
Своего слова свод за ней не сохранил ни одного, и это понятно, ибо всё, что она сказала, она сказала поступком. Ключ к нему дала Песнь Песней, где сказано, что крепка, как смерть, любовь, и стрелы её стрелы огненные. Житие говорит о деве тем же огненным словом, что она возгорелась, и в этом вся разгадка, ибо не отчаяние и не порыв гордости повели её на корабль, а любовь, которой стало тесно на берегу.
Жила она в Александрии Египетской и пострадала около триста восьмого года, в последнее великое гонение. Мощей и обителей на русской земле она не оставила, и поклониться ей у нас негде, а памятью её стал сам день с его переменчивым небом.
Именинницы нынче Ираиды и Раисы, ибо в святцах святая записана Ираидой, а народ выговорил её имя по-домашнему, и оба имени об одной деве. Церковь чтит нынче же Зачатие Иоанна Предтечи и святителя Иннокентия, митрополита Московского, просветителя Сибири и Америки.
Житие святой мученицы Ираи́ды (Раи́сы) Александри́йской
Святая дева Ираида жила в Александрии. Однажды, выйдя к источнику, чтобы почерпнуть воды, она увидела корабль, приставший к берегу; на корабле том находилось множество девиц, мужей, иереев, диаконов и иноков, и все они были заключены в оковы, ибо их за исповедание имени Иисуса Христа везли на мучение.
Внезапно Ираида возгорелась великой любовью ко Господу, и, отбросив водонос, она добровольно присоединилась к узникам Христовым и была вместе с ними заключена в оковы. По прибытии корабля в египетский город Антинополь святая Ираида прежде всех других претерпела жестокие истязания и была усечена мечом, а после неё и все прочие своею кровью запечатлели своё исповедание веры в Иисуса Христа.
Составлено по житию свт. Димитрия Ростовского.
Свидетельство. Зачатие Иоанна Предтечи
В этот же день Церковь празднует Зачатие честного, славного Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна. Ангел Господень, явившись священнику Захарии в храме, возвестил ему о сыне, и в самом этом возвещении уже была развёрнута вся будущая его судьба, «Он будет велик пред Господом… и многих из сынов Израилевых обратит к Господу Богу их; и предъидет пред Ним в духе и силе Илии… дабы представить Господу народ приготовленный» (Лк. 1:15–17).
Так прежде Солнца зачинается свеча. Спасение человечества начинается не с грома и не с трубы, а с тихой вести в храме о младенце, которому назначено приготовить людям сердце. И есть тихая правда в том, что рядом с этим праздником стоит память Ираиды, ибо у Бога великое всегда начинается неприметно, вестью, зачатием, одним шагом девушки у источника, а вырастает во спасение многих.
✦ ✦ ✦
В то время Иисус, начиная Свое служение, был лет тридцати, и был, как думали, Сын Иосифов, Илиев, Матфатов, Левиин, Мелхиев, Ианнаев, Иосифов, Маттафиев, Амосов, Наумов, Еслимов, Наггеев, Маафов, Маттафиев, Семеиев, Иосифов, Иудин, Иоаннанов, Рисаев, Зоровавелев, Салафиилев, Нириев, Мелхиев, Аддиев, Косамов, Елмодамов, Иров, Иосиев, Елиезеров, Иоримов, Матфатов, Левиин, Симеонов, Иудин, Иосифов, Ионанов, Елиакимов, Мелеаев, Маинанов, Маттафаев, Нафанов, Давидов, Иессеев, Овидов, Воозов, Салмонов, Наассонов, Аминадавов, Арамов, Есромов, Фаресов, Иудин, Иаковлев, Исааков, Авраамов, Фарин, Нахоров, Серухов, Рагавов, Фалеков, Еверов, Салин, Каинанов, Арфаксадов, Симов, Ноев, Ламехов, Мафусалов, Енохов, Иаредов, Малелеилов, Каинанов, Еносов, Сифов, Адамов, Божий. Иисус, исполненный Духа Святаго, возвратился от Иордана и поведен был Духом в пустыню.