К полудню солнце пригревает так, что с соломенной стрехи начинает капать. Сначала редко, по капле, потом всё чаще, и вот уже под каждой сосулькой в снегу пробита тёмная лунка, а вдоль всей избы тянется мокрая звонкая дорожка. Сосульки висят рядком, длинные, толстые у основания и тонкие на конце, и на солнце светятся насквозь. Воздух пахнет мокрым деревом и талым снегом.
Васятке восемь лет, и нынче он именинник. На нём отцовский зипун, обрезанный по росту, но всё равно широкий в плечах, подпоясанный старым кушаком, на ногах подшитые валенки, из-под шапки торчат льняные вихры. Щёки у него красные от ветра, а нос облупился. Он сидит на корточках под стрехой с жестяной кружкой и ловит в неё капли, считая вслух, а когда сбивается, начинает сначала. Сестрёнка Дуня, постарше его на два года, выглядывает с крыльца и спрашивает: «Что вверх корнем растёт?» Васятка задирает голову к сосулькам и смеётся, ибо отгадка висит прямо над ним.
Мать выносит на крыльцо половик вытряхнуть и говорит, глядя на капель: «Придёт Василий-капельник – и зима заплачет» (народный месяцеслов). Отец за сараем колет дрова, и от его топора по всему двору разносится сухой треск. Ехать в город на ярмарку он раздумал, ибо дорога раскисла, и решил лучше заготовить дров, пока держит наст.
Преподобный Василий Исповедник, небесный покровитель Васятки, пострадал за святые иконы вместе со своим другом Прокопием, чья память стоит накануне. Его строгали железом и годами держали в темнице, а он вышел оттуда не ожесточённым, а кротким, и многих привёл к правой вере.
Зима плачет капелью, а значит, уходит.
Василия Капельника звали ещё Тёплым, Капителем, Капелкой и Василием-дроворубом. Днём солнце уже заметно пригревало, и с крыш начинало капать. «Придет Василий-капельник – и зима заплачет» (народный месяцеслов), «Василий исповедник зиму плакать заставляет» (народный месяцеслов). Весенняя капель и сосульки становились предметом пристального внимания народных метеорологов и составляли главное содержание этого дня. Полагали, что в этот день всегда бывает оттепель. «Посмотри на Васильев день на капельники (сосульки) и капель пойдет» (народный месяцеслов).
Капель означала и конец санного пути. «Если Василий-капельник прикапал, оглобли вон: уже не порывайся в дорогу» (народный месяцеслов), так говорили на Вятке. Короче говорили и так. «Выверни оглобли. Закинь сани на поветь» (Даль). Дорога раскисала, и сани убирали под крышу до будущей зимы, а заодно примечали и другое, ибо в эту пору и медведь встаёт из берлоги.
По сосулькам и капели судили о весне и о будущем урожае. Если снег вокруг дерева таял так, что «круты края», ждали крутой, дружной весны, а если края были пологи, весна обещала быть протяжной. «На Василия теплого солнце в кругах – к урожаю» (народный месяцеслов), «Солнце всходит красным – к урожаю» (народный месяцеслов), «Василей-капельник капли дает, капли уж будут – к доброму году» (народный месяцеслов), так говорили на Пинеге. А на Урале по длине сосулек загадывали о льне. «Длинные капельники – долгий лен» (Даль), то есть длинный стебель и хорошее волокно.
Василий был и дроворубом. В этот день в деревнях начинали рубку дров для лесосплава, а в Тюменском крае спиленные дрова на санях по насту вывозили к берегу реки, чтобы с половодьем сплавить их вниз. Работа эта не терпела промедления, ибо возить можно было только пока держал наст, а он с каждым днём слабел.
Сосульки были любимой забавой ребятишек, и о них складывали загадки. «Что вверх корнем растёт?», «Белая морковка зимой растёт», «Выросло, сповыросло, из бороды повылезло, солнышко стало – ничего не стало». Отгадка у всех одна, и висела она тут же, над крыльцом.
В этот день поминают и преподобного Кассиана Римлянина, чья память в невисокосный год переносится сюда с двадцать девятого февраля. Народный слой о Касьяне, записанный на его собственное число, на этот день не переносится.
Сосулька всю зиму висит под стрехой твёрдая, как камень. Ударь по ней палкой, и она разлетится осколками, но останется льдом. А весной солнце пригреет её, и она начнёт плакать по капле и сама станет водой. Лёд не разбивают, его отогревают. Так и с сердцем. Каменное сердце не смягчить ударом, его меняет Бог, а человеку дано не бить, а греть.
И дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное (Иез. 36:26).
Преподобный Василий был иноком, когда царь Лев Исаврянин поднял гонение на святые иконы. Вместе с другом своим Прокопием он готов был пролить кровь за правду. Тело его изрезали железом, а самого заперли в темнице, и долгие годы он ждал, пока умрёт нечестивый царь. Казалось бы, после такого сердце у человека должно оледенеть. Но когда мучитель умер и узников отпустили, Василий вышел не мстить. Он вернулся к посту и трудам и многих обратил к православной вере и наставил на добродетельную жизнь. Иконоборцев не переспоришь силой, а он их и не ломал. И кончина его была светлой, с молитвою и несказанною радостью. Тот, кого истязали железом, не оледенел, а оттаивали вокруг него другие.
Есть два способа обращаться с чужим холодом. Можно колоть его, доказывать, обличать, требовать, и лёд разлетается острыми осколками, ранит и того, кто бьёт. А можно греть, терпеливо и молча, пока не потечёт капель. «Не все таской, ино и лаской» (Даль).
Бывает и свой лёд. Обида, которая держится годами, сердце, которое закрылось и уже не плачет. Его тоже не разбить усилием воли. Его отогревает Господь, если поставить сердце к Нему, как стреху к солнцу.
А тепла хватит на всех. Солнце не устаёт оттого, что тает много снега. Капля за каплей, и к Благовещению от сосулек не останется и следа.
Есть ли рядом с тобой тот, с кем давно холодно? Не жди, пока он оттает первым. Поздоровайся первым, скажи одно тёплое слово, сделай одно малое добро, не напоминая о старом. Сменит ли Бог его сердце, ведает Он, а тепло можешь принести ты.
Преподо́бне о́тче Васи́лие, му́ки за святы́я ико́ны претерпе́вый и не ожесточи́выйся, испроси́ нам у Го́спода се́рдце плотяно́е вме́сто ка́меннаго, да не та́скою, но ла́скою бли́жних на́ших согрева́ем. Моли́ Бо́га о нас.
О преподобном Василии Церковь поёт, что, приняв свыше божественное откровение, он вышел из среды мирской молвы, монашествовал преподобно и получил силу чудес и благодать исцелять недуги.
Жил он в VIII веке, при Льве Исаврянине, первом из царей-иконоборцев. Ещё молодым он ушёл от мира в монастырь и жил там по-иночески строго. Там же подвизался и преподобный Прокопий Декаполит, с которым они делили иноческий подвиг, и дружба их прошла через самое тяжкое испытание.
Когда началось гонение на почитателей святых икон, Василий не стал прятаться. Он отвергал еретическое учение и плечом к плечу с Прокопием готов был пролить за неё кровь. Обоих схватили и предали многим мучениям, тела их строгали железом, а потом бросили в темницу. Там они томились долгие годы, пока не умер гонитель. «Пора придет, и вода пойдет» (Даль), и пора эта пришла. Когда мучителя не стало, двери темницы открылись и для обоих друзей.
Свободу он употребил не на отдых. Он вернулся к прежней строгой жизни, многих вернул в Православие и наставлял на добродетельную жизнь. Через несколько лет он скончался, светло и радостно, с молитвой на устах.
Святцы ставят его на другой день после друга, будто рядом, как стояли они в темнице.
Тем же числом чтится и преподобный Иоанн Кассиан Римлянин, учитель иноческой жизни V века. Он долго учился у египетских пустынников, а потом основал монастыри в Галлии и записал для западных иноков опыт восточного подвижничества. Помнят его на этом числе три года из четырёх, ибо двадцать девятое февраля бывает лишь в високосный год.
Народ назвал день Капельником, и капель, которая точит и плавит зимний лёд, хорошо рифмуется с жизнью исповедника, который ни силой, ни злобой не отвечал на гонение и всё же пересилил его.
Святой Василий жил в царствование Льва Исаврянина, царя-иконоборца. Оставив мир с его соблазнами, он поступил в монастырь и добродетельно проводил иноческое житие.
Когда воздвиглось гонение на почитание святых икон, святой Василий мужественно сопротивлялся иконоборцам. За это он был взят и предан многим мучениям. Но и после этого Василий отвергал еретическое учение иконоборцев и стоял вместе со святым Прокопием за истину до пролития крови.
Подобно преподобному Прокопию, его строгали по всему телу. Потом его заключили в темницу, где он томился долгое время, до самой смерти нечестивого царя.
По смерти мучителя преподобный Василий был отпущен вместе со святым Прокопием и другими исповедниками. Он жил, как и прежде, в постнических трудах, многих обращая к православной вере и наставляя на добродетельное житие.
После нескольких лет богоугодной жизни он сподобился блаженной кончины и, возлюбив Господа с раннего детства, с молитвою, благодарением и несказанною радостью предал Ему душу.
Сказал Господь: смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного. Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны; не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него. Молитесь же так: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь.