ЛЕТОСЛОВЪ
НАРОДНЫЙ КАЛЕНДАРЬ

Март
Протальник
2032
7539

Седмица 2-я Великого Поста
Четверг
Феофанов день
Феофан – проломи наст (народный месяцеслов)

  Над полями лежит утренний туман, такой плотный, что от околицы не видно леса. Снег за ночь не подмёрз, а только посерел, осел и стал ноздреватым, и по колеям хлюпает вода.

 Семён выводит со двора кобылу. Семёну за сорок, он плечистый, медлительный, с широкой русой бородой и тяжёлыми руками, в коротком полушубке, перехваченном кушаком, и в лаптях с высокими онучами, а в руке у него деревянное ведро. Кобыла Сивка за зиму осунулась, рёбра проступили под косматой шерстью, и сено на сеновале почти кончилось. Семён не ведёт её к луже у ворот, хоть та и ближе, а идёт за околицу, к роднику под горкой, где из-под камня бьёт чистая холодная вода. Он зачерпывает ведро, даёт воде немного постоять и только потом подносит лошади.

 Пока Сивка пьёт, Семён оглядывает её, проводит рукой по ногам, смотрит глаза и зубы, прислушивается к дыханию. Через месяц пахать, и если лошадь сляжет теперь, поднять её к пахоте он не успеет. «На Феофана туман – урожай на лен и коноплю» (Даль), говорит он соседскому мальчишке, который увязался следом, и тот смотрит на туман так, будто в нём уже растёт лён.

 Обратно Семён идёт рядом с кобылой, не садясь на неё, чтобы не утомлять, и по дороге ломает лаптем проседающий наст, который под ногой уже не держит.

 Преподобный Феофан, чью память совершает Церковь, был знатным и богатым человеком, родственником императора, но раздал всё имение нищим и стал иноком, а в старости принял муки за святые иконы.

 Лошадь напоили не из лужи, а из родника, и это тоже молитва, только сделанная руками.

  Феофанов день, по преподобному Феофану Исповеднику, имел и бойкое прозвание, Феофан-проломи-наст. В этот день отмечали сход снежного покрова и полное оттаивание почвы. Наст, державший всю зиму, теперь проламывался под ногой, а по полям выступала вода.

 В этот день особое внимание уделяли лошадям. Крестьяне особенно зорко присматривали за ними. «Если в этот день лошадь заболеет, то все лето работать не станет» (Даль). За этой строгой приметой стоит прямой хозяйский расчёт. Конец марта самое уязвимое время для лошади. Сено на исходе, силы животного истощены долгой зимой, а впереди самая тяжёлая работа года, пахота. Если лошадь свалится от простуды или колик именно теперь, на пороге страды, времени на поправку уже не будет. Недолеченную лошадь в соху не впряжёшь, ибо пахота сорвёт ей дыхание и ноги и погубит её окончательно, и тогда она и правда станет негодной на всё лето. От здоровья коня зависела жизнь всей семьи, и беречь его надо было заранее. «Корми меня в весну, а в осень и сам сыт буду» (Даль).

 На Феофана лошадей водили к источнику и поили ключевой водой и что от неё лошади добреют. Смысл этого понятен любому хозяину. Талая вода, бегущая по дворам и собирающаяся в лужи, мутна, в ней навоз и грязь, и лошадь, напившись такой воды, могла тяжело заболеть, в том числе и коликами. Поэтому её не пускали к лужам, а вели к роднику, к чистой воде. Ледяной воды разгорячённой лошади тоже не давали, и ведро, зачерпнутое из ключа, ставили постоять. В эти дни лошадь берегли от сквозняков и сырости, не гоняли её попусту и подкармливали чем могли. «Сытый конь воду возит, тощего на подпругах поить водят» (Даль).

 Приметы этого дня обращены к земле. Туман на Феофана обещал урожай на лён и коноплю, а ещё смотрели, с какой стороны муравейника начал таять снег, и если с южной, то ждали лета короткого и холодного.

 В этот же день празднуется Лиддская нерукотворная икона Божией Матери. По преданию, апостолы Пётр и Иоанн построили в городе Лидде храм в честь Богородицы и, вернувшись туда, увидели на одном из столбов дивный нерукотворный образ Её. Когда при Юлиане Отступнике гонители пытались стесать изображение, оно не исчезало, а только уходило глубже в камень.

  Чечевица была на Руси крупой старой и постной. Много ели чечевицы монахи, и в монастырских трапезах она стояла рядом с горохом и кашами. Варили её в похлёбку, с кореньями и луком, а сдабривали чесноком и пряной травой, и выходила еда густая, тёмная, сытная, которой хватало до вечера. Похлёбка эта в иноческом обиходе была будничной, и тот, кто раздал богатство и ушёл в обитель, ел как раз такую. В миру чечевицу знали хуже гороха, но в постные дни и крестьянский стол не брезговал ею, ибо варится она быстрее и сытости даёт не меньше.

 Чечевицу с вечера замачивают, чтобы она скорее разварилась. Коренья, морковь и петрушку, кладут сразу, а лук, соль и чеснок под конец. Похлёбку не держат долго на огне после чеснока, а дают ей настояться под крышкой, и тогда чеснок не выкипает, а отдаёт весь свой дух. «Сыт крупицей, пьян водицей» (Даль), так отзывались о простой жизни, где для сытости довольно горсти крупы и чистой воды.

 Похлёбка чечевичная

 Чечевицу, 1 стакан, с вечера очистить от сора и камешков, промыть в двух водах и замочить. Наутро слив её, налить на чечевицу 7 стаканов чистой воды и варить. Когда закипит, снять пену и положить 1 морковь и 1 корень петрушки, нарезанные мелко. Варить на слабом огне, пока чечевица не разварится, около часа. Положить 1 мелко нарезанную луковицу, посолить и варить ещё 10–12 минут. Тем временем растереть с солью 2–3 зубчика чеснока. Снять похлёбку с огня, вмешать чеснок, 1 ложку постного масла и щепоть сушёного укропа или чабера, накрыть крышкой и дать настояться 5–8 минут. Есть горячей, а хлеб к ней ржаной.

  Человек часто думает, что Бог занят лишь большим, судьбами народов и спасением душ, а мелкое оставлено ему самому. Но Писание говорит, что Господь кормит и скотину, и вороньих птенцов. Ничто в Его мире не брошено, и всякая тварь у Него на виду.

 Дает скоту пищу его и птенцам ворона, взывающим к Нему (Пс. 146:9).

 Молодой Феофан, ещё будучи мирянином и царским чиновником, однажды пробирался через Сигрианские горы, навещая пустынников. Было жатвенное время, стояла сильная жара, а место было безводное. К вечеру и люди, и скот изнемогали от жажды. Феофан помолился и сел под холмом, чтобы заглушить жажду сном, и едва задремал, как над его головой из земли потёк источник живой воды. Все напились и напоили скот, а наутро источника уже не было, и место стало сухим, будто воды на нём и не бывало.

 Бог дал воду не одному праведнику, но и его спутникам, и их измученным животным. Значит, и забота о твари, что везёт и пашет, не мелочь и не одно хозяйство. Хозяин, который ведёт исхудавшую лошадь к роднику, а не к ближней луже, делает то же, что делает Бог. Он видит в ней не вещь, а живую тварь, вверенную ему.

 «Не конь везет, Бог несет» (Даль). Крестьянин знал, что урожай даёт Бог, но знал и то, что Бог даёт его через труд, через лошадь, через вовремя вспаханную землю. Потому он и не надеялся на одно чудо, а берёг коня, и не надеялся на одного коня, а молился.

 Нынче позаботься о том, кто тебе служит и на кого ты привык полагаться, о животном, о помощнике, о старом человеке в доме. Дай ему отдых, лишнюю заботу, доброе слово.

 Преподо́бне о́тче Феофа́не, в безво́дней пусты́ни люде́м и скоту́ во́ду испроси́вый, испроси́ нам у Го́спода милосе́рдие ко вся́кой тва́ри, нам вве́ренной. Моли́ Бо́га о нас.

Преподо́бный Феофа́н Испове́дник, Сигриа́нский
Воздержа́нием житие́ укра́сил/ и, у́ды умертви́в,/ победи́л еси́ вра́жия ко́зни, о́тче Феофа́не,/ преста́вился еси́ к Бо́гу в ве́чную жизнь,/ я́ко досто́ин прича́стник,/ моля́ся непреста́нно// поми́ловати ду́ши на́ша.

  Приняв свыше откровение, преподобный, по церковной песни, оставил мирскую молву, лишился богатства и супруги и в уединении принял дар чудес и пророчества. Феофан и вправду имел всё, что можно иметь в мире, и всё оставил.
  Родом он был константинопольский, из знатной семьи VIII века, родственной императорскому дому, и рано остался сиротой с огромным наследством. Юношей его обручили с дочерью сенатора, но в брачную ночь он уговорил невесту хранить чистоту, и она согласилась. Они раздавали имение нищим, а когда смогли, разошлись по монастырям. Невеста приняла постриг с именем Ирина, а Феофан стал иноком, переписывал книги и продавал их, кормя себя и других, а потом основал в Сигрианских горах монастырь, называвшийся Великое Село. «Богатство гинет, а нищета живет» (Даль), и бывший царский родственник, работая наравне с братией, кормил странников так щедро, что келарь роптал, а запасы, по житию, не убывали.
  В Никею, где Вселенский Собор восстановил почитание икон, он явился верхом на тощем осле и в латаном рубище, и знавшие его прежде умилялись. Когда же иконоборчество вернулось при Льве Армянине, больного старца, страдавшего каменной болезнью, вызвали в столицу, обещали богатство и почести, а потом два года держали в тёмной темнице, избили и отправили в ссылку на Самофракию, где через двадцать три дня он скончался. Он оставил и летопись византийской истории, которую читают и ныне.
  Церковь чтит нынче и святителя Григория, папу Римского, прозванного Двоесловом за его «Собеседования», и преподобного Симеона Нового Богослова.
  Преподобный Феофан родился в Царьграде от благородных родителей, Исаака и Феодотии. Исаак был в родстве с императором Львом Исаврянином и его сыном Копронимом и при дворе занимал почётные должности. Благочестивые родители строго держались православия, хотя тогда уже поднялась иконоборческая ересь, и назвали сына Феофаном, ибо он родился в праздник Богоявления. Через три года отец умер, вверив сына с матерью попечению самого царя.
  Отрок учился Писанию и отличался необыкновенным разумом. Когда ему было двенадцать лет, один сенатор пожелал обручить с ним свою десятилетнюю дочь, и с согласия матери и царя обручение совершилось, а брак отложили до совершеннолетия. Вскоре умерла и мать, оставив Феофану огромное богатство. В его доме жил благочестивый слуга, беседы с которым внушили юноше любовь к чистоте и иноческой жизни, и он начал раздавать имение нищим.
  Тесть поспешил с браком. В брачном чертоге Феофан сказал невесте, что время жизни коротко, что мирские заботы отдаляют ум от Бога, и предложил жить в чистоте, как брат с сестрой, а потом уйти в монастыри. Невеста с радостью согласилась, и до утра оба молились. Под утро обоим приснился один и тот же сон. Светлый юноша сказал им, что Господь принял их намерение, и осенил их крестом. Так они и жили, тайно храня девство и раздавая милостыню.
  Тесть, узнав об этом, пожаловался царю, и тот послал Феофана по делам в Кизик. По дороге, у Сигрианских гор, Феофан увидел пустынь и молил Бога указать ему путь, и явившийся ангел сказал, что он поселится здесь, когда будут взяты от земли преграждающие ему путь. То же подтвердил прозорливый старец Григорий Стратигий. Однажды в жатвенный зной Феофан со спутниками изнемогал от жажды в безводном месте, и по его молитве над ним потёк источник, из которого напились люди и скот, а наутро источника не стало.
  Вскоре умерли и царь, и тесть. Феофан постриг свою невесту в одном из вифинских монастырей, где она была наречена Ириной, раздал остаток имения и принял постриг от старца Григория. На своём острове Калонимос он устроил монастырь, а сам затворился в келье и переписывал книги, ибо был искусным писцом, и на вырученные деньги кормил себя и других. Потом он ушёл в Сигрианскую пустынь, где к нему стали собираться иноки, купил место, называвшееся Великое Село, устроил там монастырь и по общей просьбе стал игуменом. Как велит Евангелие, он был слугою всем, работал своими руками больше всех и был примером трудолюбия.
  На Седьмой Вселенский Собор, созванный против иконоборцев в Никее, Феофан приехал на плохом осле, в старой заплатанной одежде, и все, знавшие его прежнюю знатность, умилялись. Бог даровал ему благодать исцелять болезни и изгонять бесов. Он утишил бурю на море, а странникам раздавал хлеб, и запасы не убывали. Когда келарь возроптал, что хлеба не хватает братии, Феофан велел перемерить кладовую, и оказалось, что ничего не убыло. В пятьдесят лет он заболел каменной болезнью и до конца жизни почти не вставал с одра, но о своём исцелении не молился, терпя с благодарением.
  Когда на престол взошёл Лев Армянин, вернул иконоборчество и изгнал патриарха Никифора, Феофан прозрел, как корабль с патриархом проходит мимо его обители, и почтил его свечами и фимиамом, а патриарх на корабле поклонился ему в ответ. Вскоре царь лукаво позвал Феофана в Царьград, будто бы за молитвами перед войной, а потом через сановников обещал ему каменные здания для монастыря и почести родне, если он будет единомыслен. Феофан ответил, что, оставив в юности всё ради Христа, в старости он богатства не пожелает, и что, хоть и не может ходить, за правоверие бросится в огонь.
  Тогда его заключили в тёмную и тесную темницу, где он, старый и больной, провёл два года. Ему писал царь, а он отвечал посланием, что если чтят Евангелие, где описаны дела Христовы, то за что осуждают тех, кто чтит те же дела, изображённые на иконах. Разъярённый царь велел разорить и сжечь его обитель, а самого старца избили воловьими жилами и сослали на остров Самофракию. Прожив там двадцать три дня, святой исповедник отошёл к Господу. Мощи его исцеляли больных, а после гибели царя ученики вернулись на Сигрианскую гору, обновили монастырь и перенесли туда мощи своего отца.¹
  ¹ Память преподобного стоит двадцать пятого марта, ибо в IX веке разница стилей была четыре дня, а ныне тринадцать.

Евангельские чтения
Родословие Адама

Вот родословие Адама: когда Бог сотворил человека, по подобию Божию создал его, мужчину и женщину сотворил их, и благословил их, и нарек им имя: человек, в день сотворения их. Адам жил сто тридцать лет и родил сына по подобию своему и по образу своему, и нарек ему имя: Сиф. Дней Адама по рождении им Сифа было восемьсот лет, и родил он сынов и дочерей. Всех же дней жизни Адамовой было девятьсот тридцать лет; и он умер. Сиф жил сто пять лет и родил Еноса. По рождении Еноса Сиф жил восемьсот семь лет и родил сынов и дочерей. Всех же дней Сифовых было девятьсот двенадцать лет; и он умер. Енос жил девяносто лет и родил Каинана. По рождении Каинана Енос жил восемьсот пятнадцать лет и родил сынов и дочерей. Всех же дней Еноса было девятьсот пять лет; и он умер. Каинан жил семьдесят лет и родил Малелеила. По рождении Малелеила Каинан жил восемьсот сорок лет и родил сынов и дочерей. Всех же дней Каинана было девятьсот десять лет; и он умер. Малелеил жил шестьдесят пять лет и родил Иареда. По рождении Иареда Малелеил жил восемьсот тридцать лет и родил сынов и дочерей. Всех же дней Малелеила было восемьсот девяносто пять лет; и он умер. Иаред жил сто шестьдесят два года и родил Еноха. По рождении Еноха Иаред жил восемьсот лет и родил сынов и дочерей. Всех же дней Иареда было девятьсот шестьдесят два года; и он умер. Енох жил шестьдесят пять лет и родил Мафусала. И ходил Енох пред Богом, по рождении Мафусала, триста лет и родил сынов и дочерей. Всех же дней Еноха было триста шестьдесят пять лет. И ходил Енох пред Богом; и не стало его, потому что Бог взял его.